— Что случилось? Суббота же… Занятий нет, от нарядов освобождены, Серафиму Дормидонтовну и козу Машку пристроили несколько часов назад… — я растерянно хлопала глазами, пытаясь сфокусироваться на подруге, — слезь с меня, исчадье! Раздавишь!"
"— Верник! — насупилась она, — последний раз повторяю, вставай по-хорошему! У тебя комм надрывается уже четверть часа! Не встанешь — натравлю на тебя Феокла… с лейкой!
— Жестокосердная! — простонала ей в ответ, — где ты лейку на Кхарме найдешь? Она и на Земле уже раритет…
Потирая кулаками глаза и безбожно зевая, встала с кровати.
— Девять утра… — застонала, посмотрев на часы, — кому не спится…
Комм продолжал надрывно пиликать. Входящий вызов не определялся, и пришлось ответить.
— Кетарт Верник!
— Кетарт Верник, — раздался механический голос электронного оповещения, — срочно явиться к легару Соргу.
Нажав отбой, с силой швырнула комм на кровать.
— Кто это тебя с утра пораньше? — полюбопытствовала подруга.
— Дед, — скривившись, ответила я, уже топая в санблок.
— Опять семейный совет?
— Уверена, что нет. Если задействовали электронное оповещение, то вызов официальный. Кстати, у меня для всех наших есть два сообщения и оба очень приятные, — подмигнула я Хуньке, упаковываясь в форменный комбинезон.
— Колись, подруга!
— Вот вернусь от легара, сразу всем и расскажу, — улыбнулась опешившей от моей наглости Хуньке, и попыталась смыться.
— Верник! А ну-ка стоять! — отмерла она и кинулась за мной, — это кто из нас жестокосердная? Кто? Я тебя спрашиваю! От родной подружечки тайны?
— Все расскажу, когда вернусь! — припечатала я и скрылась в лифте, слушая страшные, но смешные проклятья Фархунды.
Легар Сорг, по совместительству мой дед, сидел за рабочим столом и сиял, как начищенный медный таз. В кабинете он был не один. Удобно развалившись, в кресле сидел «леденец».
— Кетарт Верник, явилась по вашему приказанию! — отрапортовала я.
— По моей просьбе, — поправил дед, — садись, Аленька.
Он бы еще «внученькой» меня назвал! Ну, никакой субординации у этих эленмарцев. Присев в свободное кресло, встретилась взглядом с тангиром. Элвэ смотрел на меня так, словно видел впервые: тепло и даже нежно… «Безусловно, сладкий, у меня есть на тебя планы, но смешивать службу и личные отношения не буду!» — именно это я попыталась донести, окунувшись в бирюзу с золотыми искрами, и спешно отвела взгляд, хотя ответный все еще чувствовала на себе.
