— Так что? Вовсе и не меня ждали? — удивленно захлопала она глазами, внимательно нас рассматривая, стараясь подметить каждую пикантную деталь развернувшейся перед ней сцены.
— Тангир Элвэ расписание принес, — ну а что я еще могла сказать?
— Оу… — саркастически хмыкнула Хунька и издевательски улыбнулась нам обоим, — это теперь так называется? Эх, нашелся бы кто достойный, я бы по такому расписанию училась и училась…
И она мечтательно закатила глаза, давая нам понять о какой учебе идет речь.
Мои щеки вновь предательски опалило жаром, «леденец» нервно откашлялся.
— Если вопросов нет… Я, пожалуй, пойду, — как-то несмело пробормотал он.
Лично у меня вопросов не было, а вот у неугомонной Хуньки…
— А личного характера вопрос можно? — обратилась она к тангиру.
— Разумеется. На время экспедиции в моей компетенции решать любые возникающие проблемы и отвечать на любые вопросы, даже личного характера, — ой, зря он это сказал! Разве же можно при Фархунде Ткхшшшарсинсит произносить слово «любые»? В подтверждение этому желтые тентурийские глаза подруги лукаво блеснули, и в них появилось нечто странное, похожее на предвкушение чего-то.
— Только на время экспедиции? — уточнила она.
— А в чем, собственно, состоит ваш вопрос, курсант Ткхшшшарсинсит? — надо же, и не осекся, произнося Хунькину не выговариваемую фамилию.
— А вы всем расписание разносите, и полотенце после душа поправляете или только Верник этого удостоилась, как кетарт вверенного вам подразделения? — подруга едва сдерживала смех.
Тангир явно не нашелся с ответом и, кажется, смутился, судя по тому, что на смуглых щеках эленмарца проступили красные пятна.
— Хуня! — укоризненно покачала головой я.
— А что Хуня? Ты у нас девушка незамужняя, я бы даже сказала — неопытная, а тангир Элвэ настойчив. Вот и хотелось бы выяснить серьезность его намерений.
То у него Анвен невеста, то Верник в полотенце! Мы, земляне, своих не бросаем! — И она очень недобро уставилась на «леденца».
— Хуня! — снова предостерегла ее.
— Аля, может у них любят одних, а женятся на других. Более подходящих. А зная твою впечатлительность, я очень не хочу, чтобы ты потом расстраивалась! — припечатала подруга и снова выжидающе уставилась на тангира.
— Любят? — озадаченно переспросил он.
