Сейчас мне хотелось также поступить с амрой. Наложницей, которая пользовалась моим вниманием в последние несколько месяцев. Нежная, чуткая, страстная в моей спальне и жестокая тварь за ее пределами. Она держала в руке черную лапу. Не просто держала, она била этой лапой раненного слугу. Паук корчился от боли. Верещал. А это только радовало мой гарем. Интересно, куда я смотрел, когда собирал их под своей крышей?
Амру увели. Самки опустили глаза в пол. И только Алия с едва заметной ухмылкой смотрела на поверженную соперницу.
— Чтобы до утра ни одна из вас не покидала своих комнат.
— Даже, если мой господин позовет? — Зеленокожая Гамая подняла взгляд и призывно облизала губы.
Ровно две минуты назад эта рия наслаждалась зрелищем того, как издеваются над слабым существом. А сейчас пыталась меня соблазнить. Захотелось отправить ее вслед за амрой. Жаль, даже формальных причин сделать этого не было.
— Сарх! — Все это время смотритель стоял у меня за спиной. — Каждую, кто покинет покои этой ночью, немедленно убрать из гарема.
Смотритель молча кивнул. Рии возмущенно загалдели. А я пошел в сторону своей спальни.
Покои Бадрана
Уже подходя к собственным апартаментам, Бадран обратил внимание на сладкий аромат Алии. Лирийка любила духи из сладких ягод. Несколько флаконов он лично привозил ей в подарок. И сейчас этим запахом, в буквальном смысле, провоняла охрана, которую он оставил у дверей. Арахнид ничего не сказал. Молча вошел в спальню и принюхался.
В комнате пахло азоном. Тонкий запах очистителя еще не испарился.
Бадран выругался про себя. Пальцы закололо от ужаса. К горлу подступил неприятный ком. Он и бросился к кровати. Страх отступил. Землянка спала. На лбу выступили бисеринки пота. В комнате было тепло. Он специально приказал выставить комфортную для девушки температуру. Но она куталась в одеяло. Рыжие волосы прилипли к влажному лбу.
Сначала Бадран не понял, что происходит. Пока что-то не зашевелилось под одеялом. Бадран присмотрелся. Шевеление начало подниматься выше. От живота к руке девушки.
Он осторожно ухватил край одеяла. На него в упор смотрел детеныш япи. Синие сонные глаза звереныша еще не сфокусировались на Арахниде. Он широко зевнул и вцепился в нежную девичью кожу лапками.
Среагировать на ядовитую тварь Бадран не успел. Землянка в полудреме схватила детеныша за шкирку и засунула обратно под одеяло.
— Спи. — Промурлыкала она. У арахнида что-то сжалось в груди. — А то тебя убьют, а я потом виноватой себя буду чувствовать. Глупая моль.
