– Получают Врата – и привозят их в свой мир. Вот и все. Мы помогаем в этом. Но мы не раздаем места в Тени. Это нам неподвластно.
– Почему же тогда мы не получаем Врат? – воскликнула Маша.– Крей, объясните! Вы так по-доброму к нам отнеслись… спасибо вам… но сейчас над нашим миром повисла угроза! Смертельная угроза! Это вам все – хихоньки да хахаканьки! Почему?
– Дело только в вас. Я не хотел бы этого говорить…– Крей казался смущенным.– Но… если вы не хотите Тени… если вы просите о ней лишь из страха, не из любви…
– Почему все боги так жестоки? – резко спросил дед.
– А, Крей? Почему все они хотят, чтобы их любили, искренне и чисто, бились лбом о землю, приносили в жертву своих детей, благодарили за страдания? Да, в нас нет любви к Тени! Но мы – не вся Земля! И даже мы – готовы принять Тень!
– Значит – не готовы,– голос Крея не дрогнул.– Я не могу дать ответ. Я не знаю, в чем причина. Может быть, в том, что вы так и не собрались вместе…
– Двести тысяч планет! И на каждой тысячи Врат! Как нам найти Данилова? – Маша словно с цепи сорвалась.
– Да вы что? Требуете единодушного поднятия рук? Мы все, как один, умоляем принять нас в Тень… Сашка – он ведь может быть где угодно! Ездить в повозке с бродячими актерами! Трахать наложниц в гареме! Воевать за какого-нибудь царька, учиться управлять вашими звездолетами! Откуда нам знать?
– Вам не надо знать,– тихо ответил Крей.– Не надо. В том-то и дело… Смотрите…
Он не сделал ни одного движения, ничего не сказал. Просто в вечернем воздухе разлился свет – и мы увидели.
Скалы. Черные как ночь – хотя там еще стоял день…
Изображение плыло, скользило вокруг нас. Ощущение присутствия было полным – словно нас перекинули через пространство, подвесили в воздухе над скалами, над скорчившимися фигурками.
– Они пришли к нам почти месяц назад…– сказал Крей.– Они долго понимали, что происходит, еще дольше собирались вместе. И вот… теперь они получают Врата. Уверен. Я слишком часто это видел…
Фигуры, распластанные на черных скалах, были не совсем человеческими.
Да, две руки, две ноги, голова – два глаза… Больших, фасеточных глаза.
– Это ведь самостоятельная ветвь эволюции,– с легким упреком сообщил Крей.– Они не происходят с Земли Изначальной… как вы…
Фигуры то скребли камень длинными, тонкими пальцами, то смотрели вверх, в небо, на нас – невидимых наблюдателей.
Нечеловеческий взгляд, ломанные движения, и в то же время – пронзительная, чужая красота.
