И выдаст все накопившиеся долги…
Я глянул на подмятого врага. В фасеточных глазах, где не было и быть не могло чувства, застыло отчаяние. Я ударил чужака головой по камням – раз, другой, и глаза потемнели.
Только тогда я позволил себе броситься к Кэлосу.
Пламя утихало. Кэлос лежал неподвижно, лишь подергивалась судорожно правая рука. Его тело казалось взорвавшимся изнутри, испещренным бесчисленными ранами. В некоторых была кровь. В некоторых – блеск рваного металла.
– Кэлос…– прошептал я.– Кэлос, друг мой…
Он еще жил.
И смотрел на меня. Не обвиняя, не прося о сострадании – прощаясь.
– Куда ни кинь…– прошептал Кэлос.
– Слушай меня!
– Слышу…
Я взял его за руку – рука была нестерпимо тяжелой. Сколько же он весит? Сколько в нем плоти, а сколько – железа?
– Ты человек…
– Был…
– Ты человек, Кэлос.
– Я даже боли не чувствую, Петр. Я ее… отключил. Какой я человек…
– Кэлос! Да слушай ты меня, сволочь!
Жизнь уходила из него с каждой каплей крови, с каждой отказавшей железкой. Да что он вбил себе в голову, дурак! Тот ли из нас человек, кто с рождения оставался в своем теле? Или тот, кто пытался быть человеком?
– Кэлос, тебя ждут.
Ты помнишь это? Если ты не вернешься домой… твоя жена уйдет следом.
– Она готова к этому…
– Не решай за других! Никогда не решай за других!
– Ничто меня не держит, Петр.
Слова звучали все тише и тише. Он уходил – а я не знал, что сказать, как передать ему то, во что я верил, что было спасением, единственным и неизменным, вечным якорем наших миров…
– Тебя ждут, Кэлос.
Твоя жена тебя ждет. Если ты сможешь удержаться, то сможет и она.
– Надо ли?
– Ты не смеешь! – крикнул я.– Слушай же меня! Я не знаю, что тебе дорого, что нет, только запомни одно – Врата это нить, и пока ее кто-то держит, пока тебя ждут…
Он улыбнулся – и улыбка на изорванном лице была насмешкой.
– Тебя ждут, Кэлос. Поверь!
– Не решай за других… никогда…
Я поднялся.
Посмотрел на Машу.
– Я ничего не могла поделать,– прошептала она.– Петр, я стреляла… у того гада был силовой щит…
Гада?
Да нет же, конечно.
Они защищали свой мир. Тот кусочек счастья, что несли для него. Мы оказались сильнее. Мы победили. И небеса не разверзлись, земля не разошлась под ногами. Дарованное Зерно – не сказочный амулет, что нельзя отнять. Можно, и еще как.
Каждый приходит в Тень по-своему.
Я подошел к неподвижному синекожему существу. Стал разжимать ладонь, выковыривая из скрюченных пальцев сгусток холодного огня.
Тело дернулось. В огромных глазах вновь блеснул разум.
