– Я же говорю – абсолютная лирика! Чем-то подобным я представлял себе тот свет. Ни рай, ни ад, а именно чистилище. Как там, у Данте… э… «я поднял взгляд очей»… э…
– «Казалось, твердь ликует их огнями; о северная сирая страна, где их сверканье не горит над нами!» – невольно подхватил я.
Маша громко фыркнула. И неожиданно попросила:
– Андрей Валентинович, не давите нас поэзией! Боюсь, тут все будет куда реальнее и неприятнее, чем загробный мир.
Я уставился на деда.
Первый раз после воплощения в теле рептилоида Маша заговорила с ним. Неужели все же согласилась, что он остался человеком и в теле счетчика?
Но вряд ли дед способен простить ей предательство…
– Хорошо, Маша,– добродушно ответил дед.– Не буду давить. Я прекрасно помню, что твоим любимым поэтом был Пушкин, любимым писателем – Толстой, а любимой музыкой – «Лунная соната».
Кажется, она покраснела. Вот уж не пойму почему. Вроде бы ничего обидного дед не сказал.
С минуту еще мы топтались вокруг корабля, будто ожидая. Чего угодно – торжественной делегации с цветами, толпы мыслящих грибов, или танкового корпуса. Но мир Тени игнорировал нас столь хладнокровно, словно и впрямь состоял лишь из голой равнины.
– Ну что, пойдем? – Данилов вопросительно посмотрел на меня.– Кажется, туда…
– Счетчик помнит точное направление,– сказал дед.– Он просит меня уйти на второй план… так что – до свидания.
Рептилоид выдержал короткую паузу и продолжил:
– Я готов служить проводником. Будем двигаться?
Я кивнул.
– Эти идиоты Геометры,– буркнула Маша,– могли предусмотреть в корабле какой-нибудь НЗ. Компас, оружие, палатка… хотя бы на случай аварийной посадки."
"– У них не бывает аварийных посадок,– бросил Данилов.– Хорошо еще, что они не разучились питаться в процессе эволюции.
Вспомнив приторно-солоноватый вкус пищи Геометров, я покачал головой:
– Когда попробуешь содержимое консервов, у тебя появится шанс изменить мнение.
Идти было легко. Поверхность казалась выглаженной, утрамбованной. Словно и впрямь, как в версии деда, тут проводили какие-то испытания. Почему-то вспоминались степи вокруг Байконура – однажды, после посадки, мы устроили ночной пикник с ребятами из русских экипажей, казахскими техниками и Мэн Ли Дзяном, начальником отдела грузовых перевозок.
