Пальцы сильнее сжимали плечи, голый живот терся о возбужденный член. Где-то на задворках сознания пыталась оформиться робкая мысль о том, что это не совсем правильно. Но волна животного возбуждения топила все попытки разума вернуть меня в реальность.
Хотелось еще больше, еще слаще, еще дальше. Руки побежали изучать чужое тело. Прошлись по бугристой спине, и мускулистой груди. Под теплой кожей громко билось сердце. У каранитов тоже было сердце. Эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась. Пальцы дотронулись до возбужденных сосков инопланетянина.
Он дернулся. И прижался сильнее к губам. Как будто боялся отпустить. Моя рука, не стесняясь, опустилась ниже, пальцы обхватили твердый член. Осторожно провели по стволу. Маркус не выдержал. Мужчина громко застонал.
Вспышка! Тело резко дернулось, и я также резко открыла глаза. Я сидела у себя в комнате. На кровати. На экране продавали корма для домашних животных. Сон. Это был просто сон. Просто, очень реалистичный.
Маркус
Дернулся. Открыл глаза. Я лежал у себя в каюте.
На кровати. Сердце бешено колотилось. Руки тряслись. Член гордо смотрел в потолок. Я не мог понять, что произошло. И вспомнить, что снилось. В груди скреблось едкое чувство незавершенности. А еще ощущение того, что произошло что-то важное. Но я не помню об этом.
Сделал несколько глубоких вдохов. Подождал, пока сердце перестанет колотиться. Так бывало раньше, когда меня накрывали приступы слабости. Поэтому по привычке ждал, когда тело само вернется в нормальное состояние. И только эрекция говорила о том, что это не очередная попытка тела умереть раньше времени.
Серый туман, клубившийся вокруг, начал возвращаться к центру груди. И уже через минуту я смог подняться с постели. А вот вспомнить что снилось, нет.
Глава 23.
Халифа
В каморке в десять квадратных метров Халифе приходилось ютиться уже целые сутки. Лингам настоятельно не рекомендовал хозяйке выходить на улицу и даже подходить к окнам. Во избежание неприятностей. Они должны были пробыть в этом убогом месте еще сутки и улететь.
До зуда в пальцах хотелось оказаться на цивилизованной планете, как можно скорее. Или хотя бы в чистой каюте корабля. Только эта мысль мирила жуму с необходимостью нюхать древесную плесень и слушать непрекращающиеся стоны за стенкой. Даже дурман не помогал отвлечься от этого клоповника.
Чтобы окончательно не сойти с ума, Халифа связалась с «Иридой». Хотела узнать, как там дела. И пожалела о том, что это сделала.
Новости с Остры были не самыми приятными.
