Звездный рыцарь

Он вцепился пальцами в подлокотники кресла, выдавая этим тревогу, обуревавшую его душу.

Лорджин вошел, не постучавшись, и тихо закрыл за собой дверь.

— Я так и думал, что найду тебя здесь, друг мой.

Трэд не откликнулся на его слова, даже не посмотрел в его сторону. Лорджин взял стул и поставил его к камину рядом с Трэдом.

— Что тебя так беспокоит, Трэд?

Трэд долго не отвечал, а когда заговорил, голос его звучал еле слышно:

— Неужели ты, именно ты, будешь спрашивать меня об этом?

Лорджин не стал притворяться, даже чтобы пощадить чувства Трэда.

— Пока не думай об этом. Говорю тебе, Трэд, ты должен вернуться с нами на Авиару.

Трэд уставился в потолок, потом закрыл глаза:

— Это невозможно. Я не могу сделать это даже ради тебя, мой друг.

— Не только ради меня. Есть люди, вещи, которые сейчас зависят от тебя.

— Я не хочу, чтобы кто-то или что-то зависело от меня. Поэтому я переехал сюда и здесь останусь.

— Трэд, выбор не всегда зависит от нас. Иногда его делают за нас другие, хотим мы этого или нет.

Трэд откинул голову на спинку кресла:

— Я не могу, Лорджин.

— Временами ты мне напоминаешь моего братца…

Трэд удивленно посмотрел на него:

— У нас с Риджаром очень мало общего.

Лорджин вытянул к огню ноги в сапогах, положил их одну на другую.

— Гораздо больше, чем кажется вам обоим.

— Ни ты, ни он не хотите признать свои природные способности. Вы оба отказываетесь признать свою врожденную суть и развивать ее.

— Да, Лорджин, дипломат из тебя вышел бы никудышный. Ты так и не научился выбирать выражения помягче.

— Тогда хорошо, что я стал воином. Не так ли?

— Просто замечательно.

Лорджин встал, подошел к столу у стены, налил им обоим по рогу кирана, передал один Трэду и снова уселся.

Трэд отсалютовал ему рогом:

— Как я понимаю, я нахожусь в осаде?

Лорджин пожал плечами. Трэд слишком хорошо его знал.

— Это тебе не поможет, Лорджин. Должен сказать, что моей ноги не будет на Авиаре.

— Есть обстоятельства, которых ты не знаешь.

Лорджин посмотрел на Трэда, освещенного отблесками пламени, и вдруг понял, что и сам многого не знает. Однако сейчас это было не важно: перед ним стояла задача, и ее следовало решить.