Звездный рыцарь

Не отрываясь, он проложил губами дорожку от груди до ее женской сути, и вскоре Дине стало безразлично, слышат ее или нет.

Снова и снова он доказывал свое мастерство умелыми губами и языком. Когда же он погрузил в нее свой длинный палец, она не могла больше владеть собой. Вопль ее освобождения прозвучал самозабвенно, и его услышал бы весь дом, если бы Лорджин не накрыл в нужный момент ее рот своим.

Когда же ее дыхание немного успокоилось, когда она снова пришла в себя и могла контролировать ситуацию, то поняла, что он продолжает нежно гладить ее.

— Что, гарта? — Он усмехнулся, целуя ставшую еще чувствительнее от ласк кожу.

— Разве ты не собираешься?..

— Собираюсь, гарта. — Легким толчком колена он раздвинул ей ноги.

Дина заморгала от удивления:

— Ты хочешь сказать, что будешь делать это в миссионерской позе? Поверить не могу.

Если вспомнить их прошлые соединения, это было просто ново.

Морщинка прорезала его гладкий лоб.

— Миссионерская поза? В вашем мире и для этого есть название?

— Так у нас называется обычная поза при соитии.

На щеке Лорджина заиграла ямочка. Он фыркнул, явно находя это смешным до крайности.

— У вас на Диснее есть стандартная позиция?

— Ну, есть. — Если подумать, это действительно звучало странно.

— Твое счастье, что я увез тебя оттуда. — Он обольстительно улыбнулся.

— У нас эта всегда приключение… новое. — Он потерся вздыбившейся плотью вдоль ее расщелинки перед тем, как одним движением войти.

И хотя ее влажная податливая сладость приняла его, расступаясь и облегая, кровь продолжала мучительно пульсировать в нем. На какое-то мгновение он стиснул зубы, а затем его сотрясла яростная дрожь. Пожар настиг и охватил его.

Сплетя пальцы у нее на затылке, так что голова ее покоилась в его ладонях, Лорджин страстно целовал ее губы, а из уст его потоком лились бессвязные жаркие слова и фразы на стольких языках, что Дина и не пыталась понять.

Он горел в лихорадке и вместе с тем полностью владел собой.

Он взял то, что она дала, а затем взял еще, двигаясь в ней с такой рассчитанной медлительностью, чтобы довести ее до безумия. Эти искусные ласки совсем лишили ее стыда.

— Еще! Лорджин, еще!

— Столько, сколько хочешь, Огонечек. Я весь твой!

Его ладони легли на ее ягодицы, поднимая их навстречу его мощным выпадам. Лицом он уткнулся в ее душистые волосы, которые только что сам распустил.