Звездный рыцарь

Пусть колется сколько хочет, в конце концов, он доберется до сладости. Лорджин поднялся, готовый следовать за ней, предвкушая предстоящее противоборство.

За ужином Дина подчеркнуто не обращала на Лорджина никакого внимания. Она весело болтала с Лаэвой, которая ей очень понравилась, но которую она не могла простить. Она подмигивала Яниффу, шутила с Риджаром, которого тоже прощать не собиралась. Но с Лорджином, которого винила во всей этой истории, она не разговаривала вообще.

После трапезы, первой вкусной еды с момента ее появления в этом мире, Дина извинилась и направилась обратно в спальню.

Скинув сапожки, она шлепнулась на одеяло. К ее удивлению, в комнату вошел Лорджин.

— Выметайся! Это моя комната. Твое присутствие здесь нежелательно.

Лорджин улыбнулся своей маленькой гарте:

Дина соскочила с кровати.

Дина уперлась руками в бока:

— Почему я всегда должна спать вместе с тобой? В этом доме должна найтись другая комната, для тебя. Я не хочу, чтобы ты здесь находился.

Лорджин приблизился к ней, внимательно всматриваясь в ее лицо, и ответил на ее требование голосом тем более угрожающим, что не кричал, а говорил тихо:

— Даже если в этом жилище была бы тысяча комнат, я все равно спал бы в этой.

Дина отвела глаза в сторону. Ну вот она и добилась своего! Он не только не увял под ее холодным взглядом, как другие знакомые ей мужчины, но, казалось, набрался энергии от ее агрессивности. Этого она совсем не хотела.

— Иди сюда, зайра. — Его слова прервали ход ее мыслей.

— Ты назвал меня… женой. — Она бросила это слово ему в лицо, как обвинение. Вообще-то он назвал ее «возлюбленной женой», но она предпочла пренебречь ласковым определением при выяснении отношений.

Лорджин устремил на нее взгляд:

— Ты и есть моя жена. Моя по праву и данной Клятве. И пора нам соединиться.

— О чем ты говоришь? Я принадлежу только себе!

Ее слова разозлили его больше, чем она могла представить. Он рубанул рукой воздух:

— Мы стали парой!.. Клятва была дана и принята!

Дина непонимающе смотрела на него, растерянно хлопая глазами:

— Но я не помню, чтобы мы обменивались клятвами.

Его глаза пронзили ее.