Звездный рыцарь

Зайра! Ей надо разобраться хотя бы с этим.

— Лорджин, давай договоримся. Если мы… выкупаемся вместе, то это никак не повлияет на мое возвращение домой, на мою планету.

Лорджин сдержал улыбку:

— Согласен. Одно не имеет с другим ничего общего.

Довольная его ответом, Дина поднялась и стала раздеваться. Когда последняя одежка упала на пол, Лорджин подхватил ее на руки и понес в озерко.

Она обхватила его руками за шею и откинулась, чтобы заглянуть в лицо:

— Мы… мы ведь друзья? Не так ли?

Теперь он улыбнулся открыто:

— Мы с тобой друзья.

— И… и ты скоро отвезешь меня домой? Правда, Лорджин?

Его глаза с отяжелевшими от страсти веками смотрели на нее сверху вниз. Он вошел с ней в воду, и разноцветный водоворот закружился, обтекая их.

— Разумеется, зайра. Я отвезу тебя домой. — Его рот взял в плен ее губы.

Лорджин гордился правдивостью своего ответа.

Некоторое время спустя Лорджин лежал на спине на краю озерка, а его длинные волосы, спускаясь с камня, колыхались в воде. Он чувствовал, как легкое течение тянуло их за собой.

Он чувствовал, как ее пальцы скользили, пронизывая шелковистые пряди, когда она бережно промывала их. Плавные движения успокаивали, баюкали… Он закрыл глаза и позволил себе мысленно вернуться к наслаждению, которое они только что делили…

Он опустил ее в воду, с удовольствием наблюдая, как она радуется изумительным цветам, закрутившимся вокруг. Лорджин увидел, что она стала центром переливающейся радуги.

— Как красиво, Лорджин! — Дина горстью снова зачерпнула воды, зачарованная живым разноцветьем.

Лорджин с интересом наблюдал, как цветные капельки сверкали на ее груди и руках. Бледно-бирюзовая капля медленно скатилась к соску, задержалась на самом острие груди и упала в поток. За ней следовала лиловая… потом розовая… Он почувствовал, как запульсировала кровь в его мужской плоти.

— Где твое тасминовое масло? — Услышав его хриплый голос, Дина посмотрела на Лорджина. Он знал, что в эту минуту его глаза искрятся.

— Вот. А в чем дело?

Он протянул руку к флакончику и, капнув масла на ладонь, медленно потянулся к ее груди.

Ощущение, которое вызывала ее кожа в кончиках его пальцев, напоминало лучшую ткань крилли, шелковистую, мягкую, женственную.