Софи не знала, чего хочется больше – зарыдать или что-нибудь пнуть.
– Ты искренне думала, что победишь, да? – хмыкнул Гетен, когда они развернулись, чтобы уйти. – Простите, мисс Фостер, – я слишком давно играю в эти игры. Но ты подняла интересный вопрос. Я готов кое-что тебе предложить. Правду в обмен на правду. Одна от меня. Одна от тебя.
– Это уловка, – заметила Орели.
– Поверьте, нет.
– Откуда мне знать, что ты не соврешь? – спросила Софи.
– Неоткуда. Но и я не узнаю, соврешь ли ты. В этом и суть.
– Я сама выбираю свой вопрос?
– Да, но я спрашиваю первый.
Софи глянула на мистера Форкла.
– Договорились.
– Хорошее решение. Вот мой вопрос: мирные переговоры уже прошли?
Софи хотелось соврать – но Гетен бы ее раскусил. И тогда он соврал бы в ответ.
– Нет, – сказала она. – Еще нет.
– Но скоро пройдут?
– Это второй вопрос. Моя очередь. Как Сира связана с «Незримыми»?
Гетен вскинул брови.
– Я думал, ты хотела знать, где держат Вайли.
– Хотела, – ответила Софи. – Но теперь хочу узнать это.
– Интересно.
– Это не ответ.
– Вообще-то, он самый. «Незримым» было интересно. Ты не уточняла детали. А я не уточнил время. Мы оба выбрали неудачные вопросы.
Софи вздохнула.
– Ладно. Мирные переговоры состоятся скоро. Теперь говори, в чем заключался интерес «Незримых».
Молчание Гетена затянулось, и Софи решила, что не дождется ответа. А затем он произнес:
– Звездные камни.
Глава 57
«Как вы думаете, он соврал?» – спросила Софи у мистера Форкла, пока отряд гоблинов вел их – снова с завязанными глазами – вверх по спиральной лестнице.
Путь казался еще более бесконечным, чем раньше, и мышцы ныли от долгого подъема.
«Это было бы странно, – ответил мистер Форкл. – За весь разговор мы ни разу не упомянули шпильку леди Гизелы. А Сира работала с множеством разных камней. Она специализировалась на лентах, но продавала и другие украшения для волос. И она была фотокинетиком, так что могла сделать так, чтобы камень леди Гизелы светился синим».
«Но зачем ей помогать «Незримым»? – спросила Софи.
– Она знала, что муж пожертвовал собой ради «Черного лебедя»."
"«Если честно, даже не представляю. Возможно, она злилась на нас за то, что мы не уберегли Прентиса. Или леди Гизела заказала шпильку, не раскрыв ее предназначения. Или ее вынудили. «Незримые» вполне способны опуститься до шантажа, а мать-одиночка, борющаяся с обращенным на нее презрением, особенно беззащитна. Надо будет спросить у Вайли, не сможет ли он помочь.
