Но когда она забралась в кровать и крепко прижала к себе Эллу – ярко-синюю плюшевую слониху, без которой не могла спать, – зажглись новые нити страха. Даже когда Игги, ее крошечный домашний имп, вспорхнул на подушку и прижался к ней своим пушистым синим тельцем, его писклявое урчание не помогло расслабиться. Могло помочь только одно – то, что она слишком боялась пробовать.
Ее усиленные телепатические способности позволяли вытягивать сознание невероятно далеко и передавать мысли на другой конец света. Обычно она использовала эту способность, чтобы общаться с Фитцем – или проверять, как там Силвени и все ли хорошо с ее беременностью.
Но сегодня ей нужно было поговорить отнюдь не с ними.
«Киф?»
Она послала мысль крутиться в бездонную черноту, толкая зов изо всех сил. Раньше она всегда общалась только с телепатами и не пробовала ничего другого – этими словами Софи обычно оправдывала свое бездействие. Но на самом деле она боялась, что не сможет ему доверять.
Или что он проигнорирует ее.
«Киф?» – еще раз позвала она, вновь и вновь повторяя его имя.
Он не мог ответить ей сам, поэтому нужно было связаться непосредственно с его мыслями.
Она прижала сознание ниже, представляя, что нацелилась на его разум, как стрела, рассекающая ночь. Прилив тепла переполнил голову, когда она наконец достигла цели, а вместе с ним послышалась одинокая дрожащая мысль.
«Фостер?»
«Да! – передала Софи, но слишком громко. Чуть понизив ментальный голос, она спросила: – Слышишь меня?»
«ОФИГЕТЬ. Присуждаю тебе победу за самый жуткий телепатический прием!»
«Прости! Я тебя напугала?»
«А ты как думаешь? Как Фитц не писается, когда ты такое вытворяешь… или, погоди, ПИСАЕТСЯ?»
«Какой же ты противный».
«Я не противный. Я реалист. И, эм… значит, ты сейчас просматриваешь мои воспоминания?»
На самом деле, Софи не знала, сможет ли сделать это на таком расстоянии, но это было неважно. Она не раз поплатилась за нарушение законов телепатии.
К тому же, раз она собиралась довериться Кифу, надо было поверить.
«Я слушаю только то, что ты говоришь», – заверила она, хотя самые громкие мысли гудели на задворках сознания, как включенный телевизор. Поэтому она слышала, как он радуется тому, что она в порядке – и еще больше тому, что с ним все еще разговаривают. А еще он очень волновался, что кто-нибудь их застукает.
«Я не вовремя?» – спросила она.
«Нет. Но я рад, что Руй с Алваром так крепко спят. А то я завизжал и задергался, когда услышал твой голос».
