Звезды падают в небо

Спасибо Терграну, протянувшему руку: он выдернул меня из флайса, как дракон застрявшего в камнях детеныша. Резко и сильно, такой же сильной была его ладонь, сейчас сжимающая мою. Сквозь это нерушимое прикосновение в меня словно втекала уверенность, и я едва удержалась от того, чтобы оставить руку в его. К счастью, удержалась.

В лицо ударил ледяной ветер (привет, родная Гельера), мигом проморозивший до костей, я плотнее запахнула пальто и, сунув коченеющие пальцы в карманы, сказала:

Помню, как психовала Леона, когда впервые собиралась сюда.

Тогда между Рэйнаром и одним гадом должен был состояться поединок силы, сейчас же здесь на пять лет решится судьба мужчины, которого я люблю. Возможно, именно поэтому я чувствовала, как мои глаза увеличиваются в размерах с каждым шагом. Вот просто раскрываются на пределе сил.

— Танни, у тебя все получится.

Я хотела поинтересоваться, с какой радости он мной командует, но судорожно сжатые пальцы все-таки разжала.

— Иртханы признают силу, запомни это. Не показывай свою неуверенность, веди себя так, как будто ты одна из нас, — сказал Тергран, пропуская меня вперед.

Несмотря на то, с кем я была, встречали нас сканерами, металлодетекторами и таким ультрасовременным оборудованием, как будто я была шпионкой международного уровня. На входе и мне и Терграну нацепили браслеты-датчики, как выяснилось, для отслеживания состояния здоровья. То есть если я вздумаю хлопнуться в обморок, меня тут же откачают. Помимо прочего, в этом браслете был еще навигатор по зданию Совета на случай, если вздумаю заблудиться.

Пальто у меня забрали, сумочку вернули, после чего мы с Терграном продолжили путь. Вальцгарды за нами не пошли, видимо, на этот счет им успели выдать особые указания.

— Круто здесь, — сказала я, оглядываясь по сторонам.

Снаружи здание Совета впечатляло, а внутри и подавно.

Мы вышли под купол, сквозь который со всех сторон лилось солнце, уровни-этажи, сужались по мере их приближения к его центру, металлические перила сверкали.

— Купол можно затемнить, — сообщил Тергран, — но обычно днем этого не делают.

Не останавливаясь, он кивнул вниз, и у меня натурально отвисла челюсть. За круглым столом собрались иртханы, судя по одежде, — эпохи Ильеррской, а один из них совершал оборот. Под светом солнца мозаичная фреска играла такими красками, что, казалось, новообращенный дракон выдыхает пламя.

Мы уже прошли, а это пламя все еще горело перед глазами.

— Представь, что ты Ильеррская.