Звезды падают в небо

Если, разумеется, ваш племянник не будет против.

— Я не против! — выдохнул Ленард, врываясь в гостиную.

Единичка за его спиной развел руками, но я не расстроилась. В конце концов, так будет даже лучше.

— Вон из моего дома! — выпалила она.

— Это не ваш дом, — хмыкнул Ленард, шагая вперед. — Это дом моих родителей!

Тетка метнула на него убийственный взгляд, а я приложила палец к губам.

— Уже ухожу, — сообщила ей, переключая внимание на себя. — Но вы меня слышали. Мне совершенно без разницы, что будет с вами, но если вздумаете срываться на нем, очень сильно пожалеете.

Развернувшись, направилась к Ленарду, чтобы попрощаться, когда в спину мне ударило:

— Закон на моей стороне, эсса Ладэ, и на моей стороне общество! Когда я стану его опекуном, я запрещу вам любое общение.

— Когда станете, — я оглянулась на нее через плечо, — можете даже запретить мне танцевать.

Ее лицо покраснело, ну в точности Броджек, но я уже подошла к Ленарду.

— Я действительно собираюсь стать твоим опекуном, — произнесла серьезно, вглядываясь в его лицо.

— А я действительно хочу такую сестру, как ты.

— У меня дерьмовый характер.

— Ну, тогда… — сказала я. — Завтра понедельник, и я поеду сидеть в бюрократических очередях.

— Надеюсь, бюрократические очереди не будут слишком длинными. — Он улыбнулся, а я с трудом удержалась, чтобы взъерошить ему волосы (мальчишка все-таки), вместо этого произнесла:

— Если что, я на связи.

— Ага. — Он кивнул. — И я.

Мне хотелось еще о многом с ним поговорить. Например, о том, что мы обязательно увидимся в самое ближайшее время, но делать это в присутствии Броджек дубль два — точно нет.

А сейчас мне нужна новая квартира, и, наверное, связаться с Нилом на тему работы в «Хайлайн». Но квартира важнее.

И, кажется, я только что решила, какую беру.

Осознание того, что я только что чуть не превратилась в живой факел, пришло не сразу. Равно как и ощущение звенящей, режущей слух тишины и давящего на плечи взгляда Даармархского, огонь в котором был не менее опасным, чем тот, что несколько мгновений назад лизал мое платье.

Язычки над ладонями погасли на вдохе.

— Благодарю, — сказала я, и голос не дрогнул, наоборот, зазвучал в полную силу. — За то, что разделили этот чудесный вечер со мной и с супругом.

Мне невольно пришлось обвести взглядом зал, но я даже не запнулась о натянутые ледяные струны, протянувшиеся от Флангеррманского в мою сторону.