Звезды падают в небо

Я вообще ничего не чувствовала, когда вышла вслед за Мэррис из зала и увидела не только своих нэри, но и Джеавир с ее сопровождающими.

— Теарин. — Девушка подошла ко мне и взяла за руки. — Что она сказала? Тебя же не…

— Нет. — Я покачала головой, и Джеавир судорожно вздохнула.

— Я так рада! Когда сегодня пришли и сказали, что нужно собираться на завтрак… Ведь обычно мы завтракали у себя. Я подумала, что случится что-то очень серьезное.

Джеавир еще что-то говорила, но часть ее слов безвозвратно утекала в никуда.

Я вдруг поняла, что сегодня утром оделась, но совершенно не удивилась тому, что мы приглашены на завтрак. То-то Лирхэн, должно быть, изумилась, что я даже ничего не спросила. Обычно претендентки собирались вместе только за обедом и ужином, а утром ели в своих покоях, но я забыла даже об этом. Я забыла вообще обо всем, и в голове сейчас царила пустота.

Такая же, как и в сердце.

Наверное, так и должно быть, чтобы было легче… потом.

— О чем она говорила? — спросила Джеавир, когда мы все-таки двинулись сквозь анфиладу.

Нэри чуть отстали, чтобы позволить нам поговорить, и сейчас это не казалось мне лишним. Мне нужно было говорить. Хоть с кем-то. Хоть о чем-нибудь.

— О том, что мне стоит вести себя осторожнее, — солгала я легко.

— Тебе действительно стоит быть осторожнее, — вздохнула она. — Но… что все-таки случилось вчера? Если не хочешь говорить, я пойму.

— Мы с местаром не сошлись во мнениях.

Девушка приподняла брови.

— И ты ему об этом сказала?!

— Не имею привычки молчать, когда меня что-то не устраивает.

— Опасное качество для правительницы.

Я еле удержалась от смешка. Второй раз за утро мне намекают на правительницу, но если Флангеррманский говорил об этом с издевкой, то Джеавир — совершенно серьезно.

— Быть правительницей вообще опасно, — ответила я.

Джеавир покачала головой.

— Ты удивительная, Теарин, — произнесла она, наконец нарушив долгую паузу, — я бы так не смогла.

— О, уверяю, смогла бы. Если бы тебя довели.

Девушка закусила губу, а потом рассмеялась.

Улыбнуться в ответ у меня не вышло, да я и не пыталась, но Джеавир, кажется, этого не заметила. Доверительно подавшись ко мне, она прошептала:

— Может, пройдемся по парку?

Мне были запрещены прогулки, но сегодня я уже достаточно искушала судьбу, чтобы бояться такой мелочи, как гнев местара.

— Тебе нравится «Сердце Аринты»?

— Нет, — почему-то шепотом продолжила Джеавир. — Я хочу подняться в Верхний сад.