– Мисс Камерон, известно ли вам, что мистера Мартина считают крестным отцом мафии, который...
– Возражаю, ваша честь! Слухи не могут служить основаниями для...
– Хорошо, мистер Хилл, я снимаю этот вопрос. Мисс Камерон, когда вы в последний раз видели Пола Мартина или говорили с ним по телефону?
Лару вновь охватили сомнения.
– Боюсь, точно не вспомню. Если говорить откровенно, то, выйдя замуж, я очень редко общалась с мистером Мартином. Пара встреч на светских раутах, вот, пожалуй, и все.
– Но разве вы не поддерживали постоянный контакт по телефону?
– После замужества – нет.
– Вы когда-нибудь обсуждали с мистером Мартином тему казино?
Лара посмотрела на Терри Хилла. Адвокат выразительно прикрыл глаза.
– Да. После того как я победила на аукционе, Пол звонил, чтобы поздравить меня. А потом еще раз, когда я получила лицензию.
– И других бесед не было?
– Нет.
– Напоминаю, мисс Камерон, вы приведены к присяге.
– Да, ваша честь.
– Вам известно об ответственности за дачу ложных показаний?
– Да, ваша честь.
Председатель помахал в воздухе листком бумаги:
– Здесь зафиксированы пятнадцать телефонных звонков, которые вы и Пол Мартин сделали друг другу после того, как запечатанные конверты с предложениями участников были получены ведущим аукциона.
Глава 29
В огромном зале, вмещающем без малого три тысячи зрительских кресел, любой, пусть даже величайший, исполнитель чувствует себя карликом. Немногим пианистам удавалось привлечь в «Карнеги-холл» столько публики, что вечером пятницы капельдинеры с ног сбились, расставляя дополнительные стулья.
Появление на сцене Филиппа Адлера знатоки музыки встретили долгой овацией. Вот прославленный маэстро садится за рояль, еще мгновение, и слушатели в благоговейном восторге уже внимают звукам музыки.
Программа концерта была составлена из произведений Бетховена. Филипп годами воспитывал в себе привычку полностью отдаваться замыслу автора, однако сейчас его занимала только Лара. На какую-то долю секунды пальцы замедлили свой бег, но, слава Богу, никто в зале этого не заметил.
По окончании первой половины выступления грянули аплодисменты. Филипп прошел за кулисы. Навстречу бросился управляющий «Карнеги-холл».
– Божественно, мистер Адлер! Публика околдована! Не хотите утолить жажду? Стакан сока?
– Нет, спасибо.
Филипп плотно притворил за собой дверь. Какой там сок? Ему не терпелось вернуться домой, лишали покоя мысли о Ларе. Похоже, их любовь друг к другу подверглась суровому испытанию.
