– Но достался-то он нам!
– Да, достался он нам, – медленно произнес Келлер.
Лара вызвала Джерри Таунсенда.
– Джерри, было бы неплохо устроить на открытие «Камерон-тауэр» нечто особенное. Есть какие-нибудь соображения?
– Есть. Открытие состоится десятого сентября, верно?
– Да.
– Эта дата еще чем-нибудь примечательна?
– Ну-у-у... Мой день рождения?
– В точку. – Лицо Таунсенда озарилось улыбкой. – Совместим два праздника.
На мгновение Лара задумалась.
– Идет! Умница, Джерри. Пригласим всех! Шум будет стоять такой, что земля содрогнется.
Начинай составлять список гостей. Двести человек.
Таунсенд довольно повел плечом.
– Не сомневайтесь, босс. Окончательный вариант утвердите сами.
Взмахом руки Лара сбросила со стола скомканный журнал.
– Я им покажу!
* * *"
"– Извините, мисс Камерон. – На пороге кабинета стояла Мэриан Белл. – Звонок из секретариата Национальной ассоциации строителей, третья линия. Вы не ответили на их приглашение, ужин в пятницу, помните?
– Извинись от моего имени, скажи, что я не могу.
– Да, мэм.
Мэриан вышла.
– Лара, из-за меня ты превращаешься в затворницу, – с упреком произнес Филипп. – Светские функции тоже многое значат.
– Больше всего для меня значишь ты. Коротышка, который выписывал нам в Париже брачное свидетельство, сказал: «На веки вечные, в горе и в радости». Во всяком случае, так мне показалось. По-французски я не говорю, ты же знаешь.
Филипп улыбнулся.
– А ты знаешь, как я люблю тебя. Но сейчас я тащу тебя в ад.
Лара обняла мужа.
– Ошибаешься. В рай.
* * *Филипп одевался, Лара помогала ему управиться с пуговицами рубашки. Бросив взгляд в зеркало, супруг пробормотал:
– Дьявол, я похож на хиппи. Неплохо бы подстричься.
– Хочешь, Мэриан созвонится с твоим парикмахером?
– Нет, дорогая. Я еще не готов выйти на улицу.
Утром парикмахер ждал его в студии.
– Что такое? – Филипп недоуменно посмотрел на Лару.
– Если гора не идет к Магомету, милый... Он будет являться каждую неделю.
– Ты чудо!
– Это только начало, Фил.
На следующий день с образцами тканей пришел портной.
– Что происходит? – Филипп был явно озадачен.
– Ты, – сказала Лара, – единственный знакомый мне мужчина, в шкафу которого висят шесть фраков, четыре смокинга и три костюма. Пора заняться своим внешним видом!
– Но для чего? Куда я собираюсь?
И все же он позволил портному снять необходимые мерки.
В конце недели появился обувщик.
– Что теперь? – устало спросил Адлер.
– Теперь настал черед туфель.
– Я не выхожу из дома, Лара!
– Знаю.
