Звонок с неизвестного номера

И старикам умела головы кружить, и в банковских тонкостях разбиралась прекрасно. Плюс в любых нестандартных ситуациях, в отличие от прочих интеллигенток, слюни не распускала, иногда реагировала на атас даже быстрее, чем сама Рита.

Ну и красивее была. Гораздо красивее. Цену себе знала, кичилась. На зону бы ее с таким личиком и фигурой – точно не выживет.

Рита, когда мотала свой пятерик, много раз видела, как опускают подобных милашек. Сама она попала в колонию в восемнадцать – сразу к взрослым девочкам. Надолго.

Ее никто особо не обижал (себе дороже), но никто и не поддерживал. В отряде десятки женщин, а чувствовала себя совсем одинокой. Подруги по несчастью пытались строить временные «семьи». Рита однополую любовь не признавала – природе противно. Дотерпела. Вышла на свободу. Но с нормальной личной жизнью и здесь не складывалось. Какой мужик на ее внешность клюнет? Как саркастически говорила Милка: «Чтоб с тобой спать, слишком много водки выпить нужно». Самой за парнями бегать или подкупать считала ниже своего достоинства. Да и некогда глупостями заниматься.

А к Милке постоянно клеились.

Как ей хотелось отомстить за все унижения! Чтоб напарница облажалась. А Милорд узнал: она, задавака и лидер, запорола всю операцию. Но именно Рита в Абрикосовке, как шеф сказал, стала причиной катастрофы. А будто у нее другой выход был? Когда та баба явилась права качать, ничего не оставалось, как ее грохнуть. Подумаешь, труп! Зато денег подняли – самая крупная сумма из всех.

– Еще и засветились.

Сразу в двух городах. Баста. Вывожу из дела обеих. Залечь на дно. Телефоны ваши блокирую.

Разговор вели из машины по громкой связи – когда ехали из Ессентуков в Кисловодск.

Рита попыталась спорить, оправдываться. Мила понуро спросила:

– У нас есть шанс вернуться?

– Кому вы нужны, когда вас вся страна теперь знает?

Рита почему-то думала: Милка так просто не сдастся. В конце концов, она и сама все умеет – шеф только «клиентов» подкидывал. Вот сейчас скажет: «Да и пошел он! Будем сами работать!»

Но напарница лишь горько разрыдалась.

Рита, когда сама изредка ревела, смотреть не могла на себя без отвращения. А Мила выглядела прелестно – огромные бриллианты слез капают на обшивку авто, губы соблазнительно подрагивают, даже носик не покраснел.

– Да ладно тебе, перестань, – неуверенно сказала Рита.

А Мила вдруг схватила ее правую руку и прижала к своим губам. Прошептала:

– Прости, прости меня, идиотку!

– Я была злой к тебе. Все время обижала.