Звонок с неизвестного номера

Где они могут переночевать, чтобы тихо-спокойно и желательно паспорт не спрашивали?

– Да у любого можно комнату снять. У нас весь поселок жилье сдает курортникам.

– И документов реально не просят?

– Вообще, кто как. Иные докапываются. Тут знать надо, к кому идти.

– Ой, она-то откуда? Тут личные связи надо, а она ни с кем не общалась.

– Плюс ей совсем не с руки светиться вместе с сообщниками, – согласился Денис. – Но место, где кости кинуть, подсказать могла. Может, имеется в Абрикосовке всем известная гостишка? На отшибе, без строгих правил?

– Ха! Так «Родничок»! Не помнишь, что ли?

– Он еще существует?

– Ну да! Как был шалман, так и остался!

– А у тебя там, часом, никто из дружбанов не работает?

– Мишка летом официантом калымил.

Насчет сейчас не знаю, сезон-то закончился.

– Меня середина сентября интересует.

– Лады. Сейчас звякну. Про что спрашивать?

– Пока просто узнай: работал ли шестнадцатого. Тринадцатое, четырнадцатое и пятнадцатое тоже подходят.

«Родничок» среди заведений Абрикосовки всегда стоял особняком.

На отшибе в полном смысле – располагался в двух километрах от поселка, у федеральной трассы. Существовал с махровых советских времен и тогда процветал – конкуренция отсутствовала настолько, что за шашлыком куда хочешь отправишься. Во времена перестройки тоже чувствовал себя неплохо, хотя заслужил дурную репутацию – в укромном местечке часто назначали разборки и стрелки. Но шли годы, поселок развивался, обрастал гостиницами, ресторанчиками, и «Родничок» с его кондовым сервисом и стандартным оливье стал хиреть. Аборигены в невкусное заведение не ходили, приезжим тем более никакого смысла – выпить-посидеть можно и в центре, где жилье снимаешь. «Родничок» выживал за счет потока на трассе – водители останавливались на чашку кофе, а когда узнавали, что имеются гостиничные номера, иногда решали переночевать.

При желании ресторанчик мог развиться и составить конкуренцию лучшим заведениям Абрикосовки. Пусть располагался неудобно, зато место изумительное – у подножия горы, с нее извергается небольшой водопадик.

Всегда свежо, лес сосновый. Летом столики выносили на открытый воздух, птицы свищут, от воды приятная прохлада. Хозяину много раз предлагали реновацию, бассейн для форели сделать, кухню полностью перестроить. Но пожилой дядя Левон как выкупил заведение на излете девяностых, так с тех пор и считал: главное – стабильность. На жизнь хватает – и ладно. А начнешь улучшать – может хуже получиться. Налоговая наедет или конкуренты отожмут.