Портером — человеком предельно сдержанным и замкнутым, полным неторопливого достоинства и особого ироничного юмора, но только с теми, кто был ему ближе других. Однако ""реалии"" тюремной жизни были для него так мучительны, что порой приводили даже в ярость, совсем ему несвойственную. В последний год заключения[73] [У.С. Портеру, как примерному арестанту, срок заключения сократили до трех с половиной лет], благодаря хлопотам доктора Томаса, У. С. Портера назначили клерком в контору тюремного эконома. Контора располагалась вне территории тюрьмы, и узник мог после работы пройтись по ближайшим городским улицам — совсем как любой добропорядочный житель.
По воскресеньям он и еще несколько ""привилегированных"" заключенных собирались на заседания ""Клуба затворников"", которые проходили в форме изысканных и церемонных обедов. На этих тайных собраниях У. С. Портер блистал своим невозмутимым остроумием. Но он мог и бушевать, особенно когда узнал о практике поставки продовольствия в тюрьму. Большинство средств, которые отпускались на содержание заключенных, оседало в руках поставщиков, а арестанты получали гнилую пищу, которая калечила даже самых здоровых из них.
У. С. Портер был в бешенстве и даже хотел подать официальный рапорт, чтобы его сняли с должности эконома.
На одном из воскресных обедов ""Клуба затворников"" обсуждалось и другое страшное событие тюремной жизни. Из госпиталя отправили в покойницкую одного индейца, хотя он был еще жив. Ночью от холода он очнулся, попытался выбраться, но не смог, умер среди мертвецов.
И тогда один из членов ""Клуба затворников"" обратился к У. С. Портеру с предложением написать об этом случае гневную статью и передать ее на волю.
— Я вас не понимаю, сэр, — ледяным тоном ответил У. С. Портер. — Я здесь нахожусь не в качестве репортера и не собираюсь взваливать на себя бремя ответственности.
Единственной отрадой были для него ночные дежурства в аптеке, когда он мог писать. По сути, у У. С. Портера еще не было таких условий для занятий литературой, и он очень много работал.
Рассказы заключенных давали ему богатый материал для творчества. Один из его знаменитых рассказов во многом заимствован из трагической биографии известного взломщика Дика Прайса. Его осудили на пожизненную каторгу, но пообещали помилование, если он откроет неисправный сейф. Д. Прайс спилил себе ногти до основания, ощупал и открыл сейф в течение 20 секунд, но кто же помилует такого виртуоза! Через несколько месяцев он умер в тюрьме. У. С.
