1000 не одна боль

Я ее не слушала, закрыла глаза и просто не обращала внимание. Не хочу есть, не хочу набираться сил. Сдохнуть хочу."

"— А яд у тебя есть? Я бы нашла чем тебе заплатить. Достань для меня яду.

— Ты ничего не поняла? Он знает все. Рано или поздно меня не просто казнят за это — меня схоронят как проклятую и моей душе никогда не будет покоя.

Суеверия и первобытное варварство. Я словно в другом веке или в самом жутком и дурном сне. Меня собирались казнить. В этом мире, наверное, могут и повесить, и четвертовать, а ожидание смерти хуже самой смерти.

— На вот. Выпей. Станет намного легче.

Протянула мне склянку с темно коричневой вязкой жидкостью.

— Зажмурься и залпом. Тошнить не должно я добавила туда противорвотное. Приходи в себя. Аднан собирается ехать в Каир и взять тебя с собой.

Я обхватила плечи руками, меня колотило как в ознобе, паника нарастала где-то в глубине. Я начинала задыхаться.

— Невыносимая дура. Посмотри на меня… Это не насилие, девочка. Это грубый секс, жесткий без подготовки. Ты не знаешь, что такое насилие и тебе никогда не узнать… Джабира знает.

Джабира каждую ночь видит это во сне. После насилия и от тела, и от души остаются одни лохмотья. Аднан мог отдать тебя на потеху своим людям они порвали бы все твои отверстия, включая ноздри и даже самые маленькие дырочки на твоем теле. Ты знать не знаешь, что такое озверевшие и дорвавшиеся до плоти голодные звери. Они бы имели тебя везде куда можно отыметь… после такого даже я спасать не умею. Только помочь и облегчить страдания смертью, если несчастная сама не умирает от кровотечений и болевого шока.

По мере того как она говорила меня тошнило и ком подкатывал к горлу.

— Пусть меня казнят….я не буду пить твои зелья. Я хочу умереть.

По щекам потекли слезы и засаднило в горле и в груди. Чтобы чувствовать боль не обязательно быть разодранной физически. Я хотела с ним по-другому, я хотела дарить ему себя, а вместо этого меня использовали и потрепали мне душу.

Ведьма куда-то вышла, а я закрыла глаза и отвернула голову в сторону.

Не хочу ничего. Нет больше стремлений, испарились мечты и перехотелось домой. Такая грязная я не могу туда заявиться. Я свернулась клубком и поежилась от вечерней прохлады. Или это внутри меня настолько холодно, что даже вдохнуть больно?

Дверь внезапно открылась, и я не знаю как ощутила ЕГО присутствие оно вдруг впилось в мозг клещами, заставило подскочить и забиться в угол, лихорадочно осматриваясь в поисках оружие. Нет, не против него, а против себя.