Теперь звенья цепочки впились в мою кожу на шее, причиняя легкую боль, но это делает удовольствие еще более острым, пошлым и таким грязным, что мне кажется, мои щеки сейчас взорвутся от прилившей к ним крови.
Он толкается внутри быстро и яростно. А у меня дрожит все тело от бессилия и от нежелания больше сопротивляться. Врывается в меня резко. На всю длину. И от его гортанных стонов опять сводит низ живота судорогами не остывающего возбуждения. Набирает бешеный темп, и я вижу его позади себя. Взмокшее, озверевшее от похоти, до безумия красивое животное.
Лицо, искаженное страстью, блестящее от пота, приоткрытый рот с чуть подрагивающей верхней губой и рука на моем животе, впечатавшаяся в белую кожу. Вздувшиеся на запястье вены. Его пальцы еще блестят после того, как побывали во мне, и на них свисает цепочка, а подвеска дергается в унисон диким толчкам у меня между ног. Входит глубоко и сильно. Так резко, что кажется, у меня разноцветные точки прыгают перед глазами и по венам струится наслаждение, такое едкое и противоречивое, а новый оргазм вспарывает кожу, заставляя забиться в его руках, закричать, изгибаясь назад, чувствуя, как впился губами и зубами мне в затылок.
Сильными судорогами сжимаюсь вокруг его члена, и он врывается сильнее, мощнее, в одном ритме. Я словно теряю сознание от невыносимого наслаждения. И он мечется позади меня, не похож на человека, он прекрасней, он ослепительней и до ужаса прекрасней. Все эти шрамы на теле и на лице… ни один из них не испортил его. А лишь добавил этого животного магнетизма в его первобытную красоту.
Чувствую, как содрогается, как сдавливает мое тело, прижимая меня спиной к своей взмокшей от пота джалабее и к каменной груди под ней. Не сдерживается, кричит, изливаясь внутри меня, и я не могу разобрать, что он шепчет мне на ухо. Рвано, обрывками слов, и от них меня слепит удовольствием еще сильнее.
Потом я стою у зеркала, изможденная, на дрожащих ногах, а он, отдышавшись, одергивает джалабею и смотрит на меня через зеркало.
— Не уходи.
Резко обернулась к нему.
— Останься со мной до утра.
В зеленых глазах неверие, в них взметнулся целый ураган, и я затаила дыхание, ожидая его ответ, пока он не усмехнулся уголком чувственного рта.
— А я и не собирался уходить… Завтра надо ехать в Долину смерти… И я хочу, чтоб на мне остался твой запах… Но, даааа, иногда мне хочется убить тебя, но только не уйти. Убить, чтоб не слышать, как гонишь.
Повернулась к нему и положила руки на грудь всматриваясь в глаза.
