Зато у меня ее предостаточно. Да и наблюдательности не занимать. К примеру, я точно чувствовал, что слуги что-то скрывают. Скорее всего, они и помогли девчонке сбежать. Но это сейчас не главное.
— Хэймон, карту мне, немедленно! — приказал я.
Получив желаемое, уединился в своей комнате и, прислонив пальцы левой руки к виску, воссоздал образ Майлин. В правую руку взял иглу-поисковик. И та замерла над едва заметной точке на карте. Той, что выбрала Майлин как конечную цель.
— Только не храм Тирино! — ужаснулся я вслух. — Глупая девчонка даже не знает, в какую западню себя загоняет.
Глава 8
Майлин
Я чуть не поверила ему, поддавшись дьявольскому искушению. Алексис определено имел немалый опыт по соблазнению женщин. Все было прекрасно, так, что от одних воспоминаний сладко щемило сердце. Наверное, это были одни из самых запоминающихся событий в моей жизни.
Но прекрасно это было только во сне.
В реальности на мне все еще было позорное несмываемое клеймо. Как бы поступил Алексис, если увидел его?
Думаю, он пришел бы в ужас. Меня всю сознательную жизнь убеждали в том, что рабыня не может и помышлять о личном счастье. Она может лишь исполнять прихоти господ, покорно и безропотно. Я привыкла прятаться, смирилась с мыслью никогда не выходить замуж.
Но Алексис все изменил.
Я до того боялась его реакции на клеймо, что тут же забыла о возбуждении, о той чувственной женственности, что пробудил во мне столь умелый любовник.
Но он не должен был узнать правды. Рабыня не пара королевичу. Все, на что я могла рассчитывать после того, как обнаружится мое клеймо, так это то, что не получу слишком суровое наказание. Я не помнила, кто был моим хозяином. Но Лагра убедила меня в необходимости молчать и скрывать свое прошлое. Всю жизнь, до последнего своего вздоха она боялась, что меня заберут у нее.
Нет, Алексис не должен был узнать. Я бы не пережила презрения в его глазах. Даже если бы он не отказался от мысли переспать со мной, то уж точно не сделал своей любовницей. Скорее избавился от меня, получив желаемое. При лучшем исходе он не стал бы выдавать меня и оставил при тетке. Но Магра слишком жестока. Предав меня однажды, она бы не успокоилась, я была в этом уверена.
