10000 миль, чтобы найти тебя

 – Какой еще, к черту, больничный счет, если он уже давно оплачен?

Я замерла на секунду, чтобы перевести дух, и сделала глубокий вдох.

– Счет на сумму пятьдесят тысяч фунтов, моя страховка покрывает только половину.

Алекс раздраженно посмотрел на меня.

– Нет никаких долгов перед больницей, Никки, я уже позаботился об этом.

– Но… – начала, глядя на него одновременно удивленно, благодарно и расстроенно. – Ты не можешь… не можешь оплачивать такую сумму, это неправильно, я не…

Алекс шагнул вперед и нежно взял меня за руки.

– Ты серьезно думаешь, что я бы позволил повесить на тебя долг в двадцать пять тысяч фунтов?

У меня глаза на лоб полезли от его слов.

– Алекс, ты говоришь так, как будто это пятьдесят фунтов!

– Для меня так оно и есть.

Я сделала глубокий вдох, чтобы попытаться успокоиться. Черт… То, что было мелочью для этого человека, для меня было кошмаром с того самого момента, как узнала, что должна заплатить.

Сил хватило только на то, чтобы рухнуть на скамейку в раздевалке.

– Это выше моего понимания, – сказала я пораженно.

Алекс наблюдал за мной, затем опустился передо мной на колени и заставил посмотреть ему в глаза, когда заговорил:

– Это выше твоего понимания, потому что ты упрямишься и хочешь со всем справиться в одиночку, ты не даешь мне позаботиться о тебе.

Я плотно сжала губы.

– Я всю жизнь заботилась о себе сама.

– И моей чрезмерно опекающей части трудно дается смириться с этим и позволить тебе продолжать в том же духе, но это уже перебор для тебя одной, Никки.

В ответ лишь отрицательно покачала головой.

– Не могу… да и не хочу этого, Алекс. Это неправильно, и вообще плохо, что я не несу ответственность за себя…

– Черт возьми, Никки, мне хочется заботиться о тебе, это исходит из самой глубины моего сердца. Если с тобой что-то случится, я умру, разве ты этого не понимаешь?

Мои глаза встретились с его, и сердце учащенно забилось от его слов.

Пришлось вновь покачать головой.

– Ты же это не всерьез…

Алекс бросил на меня ядовитый взгляд, от которого кровь стыла в жилах.

– Думаешь, я бы стал лгать о чем-то подобном?

Я смотрела в его прекрасные медовые глаза и на его растрепанные темные волосы… на красивые губы, полные и мужественные, – они были так близко, и на квадратную челюсть, которую мои пальцы безумно жаждали погладить.

Зачем он сказал это именно сейчас?

– Мы снова переходим невидимую черту, которую не должны пересекать, – мои слова прозвучали испуганно.