10000 миль, чтобы найти тебя

Все сигналы, которые она посылала мне на протяжении многих лет, ясно говорили об одном и том же: оставь это, забудь его, продолжай жить своей жизнью, он тебя не любит, он тебя не ценит…

Если этот ребенок родится, мне придется видеть Нейта всегда, и, что хуже всего… мы были бы одними из тех родителей, что разошлись. Мы были бы одной из тех пар, которые никогда не смогут двинуться вперед, поскольку постоянное напоминание о том, что они когда-то существовали как пара, будет преследовать их до самого конца, напоминая им об их провале.

Если этот ребенок родится, мне придется оставлять его ему на выходные или на каникулы, и это я еще даже не знаю, что из себя представляет вся эта волокита, связанная с оформлением опеки, с учетом того, что моя жизнь там, на Бали, а его – в Лондоне… Мне предстоит оставлять своего ребенка у него на несколько недель? Сажать его в самолет и надеяться, что Нейт или кто-то другой позаботится о ребенке так, как никто никогда не позаботится о нем, кроме меня?

Эти мысли пугали меня, потому что каждый раз, когда представляла себе, что у меня будет ребенок, я всегда была замужем… С Малькольмом я даже зашла так далеко, что как-то подняла эту тему, хотя, если честно, никогда не верила, что у нас с ним будут дети… Не потому, что не хотела, а потому что мы постоянно откладывали это до тех пор, пока не стало слишком поздно, и у обоих пропало желание.

Черт… что-то явно пошло не так, когда от одной только мысли о том, что у нас с ним будет ребенок, у меня в животе оживали бабочки.

Всегда любила, вне зависимости от того, сколько бы боли он мне ни причинил и как бы сильно я сама ни ранила его, мы были из тех пар, что сходятся и расходятся, и наши отношения всегда были несвоевременными.

Вопрос заключался в следующем: хочется ли мне, чтобы мой ребенок рос в среде, где никакой из моментов не был бы подходящим?

Я знала, что Нейту было больно, и понимала это. Его лучший друг солгал ему, он женился на мне, но Нейт же сам не захотел этого!

Я сделала глубокий вдох и положила руку на живот.

Мне нужно сказать ему… как бы нам ни было плохо, в данный момент не имели значения ненависть, обида, ложь, обман, упущенные возможности, иллюзии, которые никогда не становились ничем иным, кроме как… иллюзиями. Мне было все равно, потому что в глубине души знала, что Нейт захочет своего ребенка, нашего ребенка.

Я сидела на кровати, думая о том, как рассказать ему об этом, как, черт возьми, найти подходящий момент?..