10000 миль, чтобы найти тебя

Он сам сказал мне, что со мной он именно такой, каким всегда хотел быть… Почему он не сказал мне, что у него есть дочь?! И там написано, что у него есть девушка, Мэгги! Что, если он изменял ей со мной?

Я отрицательно покачала головой.

– Не делай поспешных выводов, в статье сказано, что они, по всей видимости, расставались, возможно, они сошлись недавно, хотя…

– Что? – спросила она меня.

– Смотри… эта девушка… Аманда Уолдорф, позирует со всей его семьей…

– Думаешь, я этого не заметила? А еще она очень красивая… она модель.

Я никогда не видела, как Никки ревнует… Мне это показалось странным, но ее можно было понять. Кому понравится увидеть, как твой парень позирует на фото в журнале с моделью, а сверху еще и красуется надпись, что они вместе, когда всего полтора месяца назад он спал с тобой.

– Надо было прислушаться к тебе, – сказала она, садясь на кровать и обнимая себя за колени.

– Я связалась с ним на романтическом уровне… Не нужно было этого делать, нарушила все твои правила… Какая же дура.

– Раз ты дура, тогда я полная дура, подруга. Или мне напомнить тебе, что я изменила своему мужу с бывшим, который отшивал меня больше раз, чем смогу сосчитать на пальцах одной руки, и вдобавок я еще и забеременела от него?

Никки покачала головой, и я увидела, как по ее щеке скатилась слеза.

– Прости… Знаю, у тебя все куда хуже… Понимаю, так не должно было быть, я приехала сюда, чтобы быть с тобой рядом и быть сильной ради тебя, но…

На мгновение я возненавидела Алекса Ленокса.

Возненавидела за то, что он причинил боль моей подруге, за то, что заставил ее плакать. Никки нельзя было заставлять плакать, это было все равно что обидеть Бэмби, черт возьми. Кто вообще осмелится обидеть Бэмби?

– Тише… тебе только что разбили сердце. К сожалению, мне слишком хорошо известно, каково это, но постарайся мыслить позитивно, Никки. У твоих отношений с Алексом не было никакого будущего… Никакого… Ты предельно ясно дала понять, что хочешь вернуться на остров, что твоя жизнь – там, а его… Черт… мы даже понятия не имели, что он так знаменит! – выпалила я, взяв журнал.

 – Точнее, как они тут отметили, что он часть «лондонской элиты», фу! Ты хочешь быть частью чего-то подобного?

Никки вытерла слезы и покачала головой.

– Я знаю, что не являюсь частью этого мира и никогда не буду… Мне больно не от этого, а от того, что чувствую себя обманутой… и использованной кем-то, кому полностью доверилась.