Можно как угодно храбриться и ненавидеть Бекета, но никогда колокола не зазвонят в твоих имениях, ни один священник не осмелится прийти к твоему смертному одру ты будешь похоронен на пустыре…
Переночевав в монастыре святого Августина, настоятелем которого был развратный аббат Клерамбо, рыцари в сопровождении братьев де Бро отправились в Кентербери.
Наступил вторник 29 декабря. Снег несло над полями. Рандольф де Бро созвал своих солдат. Солдаты разъехались по улицам города, загоняя жителей в дома.
В это время архиепископ сидел один в холодном зале дворца.
Он обедал — трапеза была скудна: кусок рыбы и стакан воды. Затем он ушел в спальню, где к нему присоединились гости, приехавшие в свое время в аббатство на рождество. Их было немного: страшно и опасно было общаться с архиепископом.
У Бекета сидел и Джон Солсберийский, крупнейший мыслитель Англии, некогда близкий Генриху человек, в свое время даже возглавлявший посольство к папе римскому, и ученый монах из Кембриджа по имени Гримм.
Рыцари въехали во двор аббатства, спешились, сняли мечи и шлемы.
они хорошо пообедали, были пьяны и уверены в себе.
Двор был, как и обычно, заполнен нищими, юродивыми, крестьянами, которые хотели хоть глазком взглянуть на святого Томаса. Они грелись у костров.
Четыре рыцаря в развевающихся белых плащах, под которыми поблескивали кольчуги, прошли в спальню к Бекету.
Реджинальд Фитц-Урс сказал с порога:
— Епископ, мы привезли приказ короля.
Простой рыцарь не мог доставить архиепископу приказ короля. Поэтому Бекет отвернулся от Фитц-Урса.
Тогда рыцарь начал перечислять преступления Бекета: непослушание королю, попытка поднять восстание, снятие еписконов, отлучение братьев де Бро.
Бекет все выслушал и затем холодно ответил, что он действовал с санкции папы римского, с ведома и согласия короля.
— Как! — закричал Фитц-Урс. — Ты смеешь утверждать, что король, пославший нас к тебе, лжец? Послушайте, он оскорбил короля!
— Реджинальд, — сказал Бекет, — я никогда этого не говорил.
И тут Фитц-Урс потребовал, чтобы Бекет немедленно покинул страну и никогда более не ступал на землю Англии.
Бекет поднялся. Он был на голову выше рыцарей, и голос его был спокоен.
— Я никогда не покину Англию, — произнес он, — и ни один человек на Земле не заставит меня сделать это.
И добавил:
— Вы не более желаете убить меня, чем я сам хочу умереть.
Фитц-Урс схватился за пояс, но меча на нем не было. Оружие осталось во дворе.
Скорее всего у рыцарей не было четкого плана действий.
