120 дней Содома, или Школа разврата

Более того, ему посчастливилось самому наблюдать осуществление этой фантазии, и теперь во что бы то ни стало он хочет ее осуществить. С этой целью он попросил меня подыскать чрезвычайно волосатое существо; тогда-де он мне покажет, в чем заключается причуда его приятеля. У меня под рукой как раз была девица двадцати восьми лет, у которой из-под мышек торчали пучки волос, и такими же густыми зарослями был покрыт ее потаенный пригорок. Я свела ее с приором, и вся картина рисовалась у меня на глазах.

Он положил девицу навзничь на софу так, что ноги ее касались пола, заставил ее высоко воздеть руки и, вооружившись остро наточенными ножницами, принялся выстригать ей подмышки, а затем переместился и к лобку. Оба эти места он сумел выстричь столь тщательно, что на коже нельзя было обнаружить ни единого, самого тоненького волоска. Закончив операцию, он принялся целовать и вылизывать только что выстриженное место и в конце концов обильно оросил его своим семенем.

Другим моим клиентом был герцог де Флорвиль. Здесь я оказалась свидетельницей еще более причудливой церемонии. Мне передали предписание явиться к нему с самой красивой женщиной, какую только смогу найти. Нас встретил его камердинер, мы вошли во дворец герцога через потайную дверь.

– Подготовим это прелестное создание, – сказал мне камердинер, – как следует, для того чтобы мой господин мог доставить себе удовольствие… Следуйте за мной.

И вот мы пошли по темным и, казалось, бесконечным коридорам; наконец оказались в мрачном помещении, освещенном шестью стоящими на полу свечами, расположенными вокруг тюфяка, покрытого черным шелковым покрывалом. Вся комната была затянута трауром, и нам стало не по себе при виде этого подобия склепа.

– Успокойтесь, – сказал наш провожатый, – вам не грозит ни малейшей опасности, но, – обратился он к моей спутнице, – приготовьтесь в точности исполнить все, что я вам скажу.

Тут он раздевает девицу донага, распускает ее прическу так, что волосы, а они у нее, должна вам сказать, были редкой красоты, легли ей на плечи. Затем укладывает ее на тот черный тюфяк, предлагает ей притвориться мертвой и ни в коем случае в продолжении всего действа не шевелиться и затаить дыхание. «Если наш господин почувствует притворство, он тотчас же разгневается и уйдет, а вы точно уж не получите ни гроша».