13 несчастий Геракла

Ты из какой квартиры-то?

– Я не отсюда, здесь мои подружки жили, Рита и Аня, маму их звали Степанида, может, встречались с ней?

Олимпиада Тихоновна тоненько засмеялась:

– А то нет! Сто раз на этой лавочке сиживали, кофты плели. Вязать Степанида любила, да и я в молодости рукодельницей была. И сейчас бы могла, только глаза не дают, вижу плохо совсем. Вечно она, покойница, на девчонок жаловалась: не слушаются, грубят. Только посмотришь на нонешних и подумаешь: наши ангелами были, всех грехов – с парнями за гаражами целоваться.

А теперь!

– Степанида умерла? – спросил я.

– Так давно уж, – пригорюнилась Олимпиада Тихоновна, – еще в шестидесятых. Девки замуж повыскакивали да съехали. Вернее, Ритка с мужем раньше умотала. А Анька позже.

– Ну сказал, – усмехнулась Олимпиада Тихоновна, – он еще когда спился! И не вспомню! Степанида девчонок сама на горбу тащила, все причитала: «Мне бы их замуж пристроить за хороших людей, и помирать можно».

И ведь напророчила себе! Ритка, старшая ее, за парня из нашего двора выскочила, как его звали-то… э… Сережа! Во, вспомнила! Ну ты скажи, что с памятью делается! Вчерашний день не расскажу, а начну про прошлое думать, прямо на ладони лежит!

Ничего странного, просто это один из признаков развившегося склероза.

Пожилой человек может напрочь забыть события ближайших часов, зато в деталях сообщит, чем занимался семнадцатого октября тридцать шестого года.

– Жалко Степаниду, – абсолютно искренне вздохнул я, – значит, Анна тут одна?

– Почему? – удивилась Олимпиада Тихоновна.

 – С теткой. Если дружили, помнить должен, Клавдия, сестра Степаниды!

Я хлопнул себя ладонью по лбу.

– Тетя Клава! Совсем забыл про нее. А сейчас кто в их квартире живет?

– Так она и осталась, Клавка.

– А чего странного? Она меня моложе!

Страшно обрадовавшись, я быстренько попрощался с Олимпиадой Тихоновной, пошел к метро. Вряд ли Степанида имела тайны от родной сестры, с которой к тому же жила в одной квартире.

Клавдия оказалась дома.

Маленькая, чистенькая, в сером халате, она походила на домовитую мышку.

– Чего пришел? – поинтересовалась бабуля.

– Добрый день, – улыбнулся я, – принес вам привет от Сергея Петровича, вот, держите.

Клавдия уставилась на большую коробку конфет, за которой я только что сбегал к метро.

– Сергей Петрович? – удивленно спросила она. – Кто такой?

– Как? – фальшиво возмутился я. – Родственник ваш, муж Риты, зять Степаниды, Сережа, вы в соседних квартирах жили.