— Нет, Анюта, — подруга опускается передо мной, поглаживая коленки, — ты совсем не понимаешь? Ты после расставания с Андреем вдруг решила, что совершенно неинтересна мужчинам, и на тебя, такую солнечную девочку с золотыми волосами никто не посмотрит, а оказалось не только посмотрел, но и заинтересовался настолько, что денег за близость с тобой хотел отдать. Я не говорю, что он не хамло, совсем нет, просто сама для себя сделай выводы в угоду женского самолюбия. Ты привлекательна, и вполне способна заинтересовать мужчину.
И хватить себя зря изводить. Ну предложил деньги, ну дала пощёчину и всё на этом. Ты его больше никогда не увидишь. Какой смысл переживать из-за того, что никогда больше не произойдёт?
— Как моя мама говоришь! — улыбаюсь, вспоминая слова родной женщины.
Иногда мне кажется, что Ирка мудра не по годам, будто иногда, внезапно, в неё вселяется прожжённая жизнью тётка, у которой есть дельный совет на все случаи жизни. Вот только с Костиком она всё равно ведёт себя, как глупая девчонки.
Хотя, и это вполне понятно: со стороны виднее, а советы всегда мудрее.
Оценить самого себя очень сложно и практически нереально действовать рационально.
— Ну вот, ты улыбаешься уже, — смеёмся, взявшись за руки. — О другом тебе думать нужно: завтра день тяжёлый, новый босс приедет знакомиться, а тебе с ним сработаться как-то нужно. Он, кстати, во сколько у вас будет?
— В десять планёрка, но Назар Николаевич сказал, что в городе он с пятницы. Пробудет минимум неделю, примет дела и назначит кого-то новым боссом.
Пока непонятно кого, рабочий чат взрывается от предположений, а Ливанов уверен, что непременно займёт кресло руководителя, почти корону надел, а наши сплетницы и болтушки уже выслуживаются перед ним, — вздыхаю, опуская голову.
Если Ливанов действительно станет новым боссом, мне тут же придётся покинуть компанию. Приставать, возможно, не будет, но отомстит за то, что Артемьев защитил меня, резко обрубив всего его ухаживания.
Ливанов, скользкий и гадкий, такого не простит, обязательно отыграется на мне по полной программе, а методы у него изощрённые.
— Анюта, новый босс уже в городе, говоришь? А давай представим, только на секундочку, — прищуривается, — что этот вчерашний нахал и есть твой новый босс? Как его там зовут?
— Фирсов Роман Яковлевич…
— Вот! Он самый! Приходишь ты, значит, утром на работу, а там он — во всей красе, — и лыбится идиотка, будто это весело на самом деле.
Нервно сглатываю, представляя предложенную Иркой картину.
