14 ночей с монстром

Ты, как и отец, рассчитываешь, что я рожу избранного, не так ли? Жалкая сказка, в которую вы сами себя уверили. Но этого не будет.

— Быстро же ты перешла на другую сторону, — скривилась женщина.

— А у меня нет сторон. Нет черного и белого. Просто пытаюсь выжить, — парировала совершенно искренне.

Я действительно устала от этих заговоров, акций и попыток спасти наш мир. А вдруг его и не надо спасать?

— Интересно, как ты будешь выживать, когда от тебя все отвернутся? — продолжила мать, замирая у полки с фотографиями.

Взяла одну из них в руки и тут же поставила на место, брезгливо отряхнув пальцы.

— Угрожаешь? — поинтересовалась у нее, ожидая продолжения.

И оно не заставило себя ждать.

— На работу можешь не приходить, тебя уволили. Сегодня утром. Про оплату не спрашивай, на тебе куча штрафов. Так что денег не получишь.

— Мелочно, мам, — горько усмехнулась я, не сводя с нее тяжелого взгляда.

И это моя мать? Как? Проклятье, как в этой семейке я смогла остаться собой и не сойти с ума? Как не захлебнулась этим ядом и ненавистью? Почему сама не стала такой же?

— Квартиру тоже освобождай.

Как твой арендодатель, а я выкупила это жалкое здание шесть лет назад, приказываю освободить помещение в течение двух часов. В противном случае вещи окажутся на улице.

Я некоторое время просто стояла, устало опустив плечи и переваривая услышанное.

— Что ты делаешь, мам? — тихо спросила у нее.

— Не смей меня так называть, — отрезала госпожа Трэкот, передернув плечом. — У меня нет дочери!

— А есть жалкая предательница, не достойная твоего внимания, — хмыкнула я.

 — Хорошо, если ты так ставишь вопрос, то не смею больше тебя задерживать, мне надо собирать вещи.

— Счета за лечение тебе тоже никто оплачивать не будет, — добавила она поспешно.

— Это я уже поняла и даже не рассчитывала на такую щедрость. Что-то еще? Какие новые долги ты мне припишешь? Или может сразу в тюрьму посадишь?

— Не подавай мне идей, София. Но в том, что происходит, ты виновата сама.

Злость яркой вспышкой возникла в груди.

Столь яркой, что мне хотелось накричать в ответ, бросить в нее что-нибудь. Сдержалась, процедив едва слышно:

— Виновата? В том, что всеми силами стараюсь спасти дочь? Почему ты не можешь меня понять? Ты же сама мать…"

"— Потому что отказываюсь понимать глупость и дурость. Итак, твой выбор, София? Ты идешь со мной или получаешь то, что заслужила, предав не только свою семью, но и весь Тэрос.

Я покачала головой и тихо ответила, глядя ей прямо в глаза:

— Прощай, мама.