"Марина Крамер
Черная вдова, или Ученица Аль Капоне
Часть 1
Как попасть в замкнутый круг
Человек лежал на холодной земле, изо всех сил пытаясь хоть немного ослабить веревки, туго спеленавшие запястья. Шаги раздавались все ближе, и звук их в пустом заброшенном помещении кирпичного завода усиливался гулким эхом. Самой малости не хватило – пары подписей на бумагах, и эти цеха принадлежали бы ему, а теперь их приберет старый ублюдок Мастиф. Как же так вышло, кто сдал обстоятельства сделки этому упырю, подмявшему под себя половину города? Кто посмел доложить ему, что кавказец – коммерсант средней руки, – занимавшийся до сих пор торговлей китайским ширпотребом, решил обосноваться на территории, негласно принадлежащей группировке Мастифа? Проклятая жадность, ведь его не раз предупреждали – заплати хозяину за «крышу» и живи спокойно.
Так ведь нет – решил сэкономить пару тысяч долларов!
Теперь уже поздно размышлять об этом, судя по всему, жить осталось совсем недолго – Мастиф не задумается, ему не впервой решать свои проблемы с помощью силы.
– Ну, здоров, что ли, партизан! – весело поприветствовал пленника невысокий лысый старик в длинном коричневом пальто. – Боцман, ну-ка стульчик мне! – это относилось к молодому здоровенному парню, безмолвно остановившемуся в шаге за его спиной.
Тот моментально разложил походную табуретку и поставил ее неподалеку от связанного. Мастиф сел, задумчиво оглядел помещение и протянул, словно обращаясь к самому себе:
– Хорошее место, тихое. Вот это и будет последним камнем в наших отношениях, да? – нога старика в дорогом ботинке ткнула мужчину в лицо.
– Зацементируем, так сказать, на века! Что пробормочешь в оправдание, баран? Кто надоумил тебя полезть со своим уставом в мой монастырь, а? Решил обойти меня?
– Мастиф… так дела не делают, ты же знаешь, – облизав сухие, потрескавшиеся губы, пробормотал коммерсант. – Это мой завод…
– Да? – совершенно натурально удивился старик. – А как так получилось, Рифат, что я этого не знал? Это моя территория, и чужакам здесь не место! А ты, значит, дела делать за моей спиной хочешь?
– А кто ты такой, чтобы решать, кому место, а кому нет? – Рифат вдруг потерял всякий страх.
Понимая, что в живых все равно не оставят, так хоть высказаться напоследок и умереть мужчиной, а не трясущимся ничтожеством.
– Кто я? Боцман, объясни.
Кроссовка парня врезалась в бок, прямо в печень, боль ослепила Рифата, дыхание остановилось, а Боцман, рывком подняв пленника с земли, ударил еще и под ложечку.
