1953 год. Смертельные игры

Интересно, чем он так провинился - или, может быть, возникла неотложная нужда? Скорее второе, чем первое, потому что уже через три месяца Гоглидзе возвращается в Москву - а вместо него в «срезнеазиатскую ссылку» едет Огольцов! Ничего себе, паломничество игнатьевских заместителей в солнечный Ташкент! Интересно, что им там понадобилось?

Столица Узбекистана - очень непростой город. Во время войны он являлся одним из центров эвакуации, туда вывозили деятелей советской науки и культуры. Культуру вынесем за скобки, а вот наука.

.. Именно в Ташкенте всю войну работали советские оборонные НИИ, здесь же, соответственно, крутились и иностранные разведки, так что в архивах узбекских «органов» должно было осесть много интереснейшей информации. Не забудем и о привычке советской промышленности размножаться «почкованием» - после окончания войны многие предприятия как бы делились: часть восстанавливалась на прежнем месте, а часть оставалась по месту эвакуации. Если это справедливо и для научных институтов, то после войны Ташкент должен был стать одним из центров советской оборонной промышленности - и, соответственно, остаться зоной особого внимания иностранных разведок.

Кроме того, в 1949 году, очень памятном и важном для страны, секретарем Среднеазиатского бюро ЦК и уполномоченным ЦК по Узбекистану работал наш старый знакомый товарищ Игнатьев. Вот и гадай, зачем туда поехал Гоглидзе - то ли собирать информацию для своей будущей работы в атомном проекте, то ли искать компромат на Игнатьева, а может, и не на него одного.

..

В любом случае, интересно бы посмотреть, кого он там сменил. Во время войны наркомом ГБ в Узбекистане был Амаяк Кобулов, член бериевской команды, брат «правой руки» Берии Богдана Кобулова, отменной квалификации специалист по экономиическому шпионажу. После войны он ушел в центральный аппарат НКВД, а на смену ему явился человек, имя которого ничего не скажет - Михаил Баскаков. 1905 года рождения, в «органы»- пришел в 1933 году, время репрессий просидел в Москве, в секретно-политическом отделе - но и Абакумов там же сидел.

После окончания репрессий, как и Абакумов, получил повышение - был назначен сперва в Карельскую АССР, потом в Горьковскую областью и в июне 1946 года стал министром ГБ Узбекистана. Как видим, никаких выводов из предшествующей биографии этого человека сделать нельзя - темная лошадка. Но последующая биография несколько просветляет масть.