1972

Я посплю еще, ладно?

– Поспи, – кивнула Ниночка и улыбнулась, – мы с Лаурой и ее матерью готовим к празднику. Я хочу сделать салат оливье и селедку под шубой – интересно, американцы будут их есть? Я бы еще и холодец сварила, но найти здесь хорошие говяжьи ноги – проблема! Да и скорее всего они не будут это есть.

– Ты бы лучше сходила вместе с Лаурой в ресторан и заказала все, что душеньке угодно, и не придумывала бы всякую ерунду. Нет, ну так-то я и оливье поем, и селедку, но… лучше планируй это на завтра.

А сегодня – шагайте в ресторан и оплатите доставку и официанта, который все наладит. Сегодня, можно сказать, – служебный обед. С друзьями завтра посидим. Поняла?

– Поняла, – Ниночка пожала плечами. – Как скажешь… босс!

Так все и вышло. Хорошо, когда у тебя есть деньги, а под боком вполне приличный ресторан, где готовят и морепродукты (я их обожаю), и обычное сочное мясо. Картошку жарили на месте – терпеть не могу гретую, черт знает сколько времени лежащую на кухне.

Нет, ну так-то на войне я ем все, вплоть до ящериц и змей, но в своем доме, сейчас, я же не на войне. Потому могу себе позволить и лангустов, и креветок, и мидий с устрицами. Вот только живых устриц я есть отказываюсь. Пусть жарят или варят. Я живое и хихикающее не ем (Шекли. «Где не ступала нога человека»).

Шампанское? Французское, конечно! Гулять так гулять! «Вдову Клико»? А давайте-ка ее сюда! Кстати, ничего особенного. Раньше не пробовал, вот теперь попробовал.

Шипучка как шипучка. Только стоит бешеных денег. Я бы лучше «Советское полусладкое» употребил – и дешево, и сердито.

А вот виски у них хорошее, ничего не могу сказать. Шотландское, конечно. И стоит недорого (сравнительно)!

А пиво американское вообще-то очень слабенькое. Не умеют они варить хорошего пива – суррогат, да и все тут. Наше «Жигулевское» (если его не разбавили – «три ведра воды на емкость, и ни одна комиссия не докажет!») ничуть не хуже, а сдается мне – и получше.

Патриотизм во мне говорит? Пивной? Да черта с два! Я за свою жизнь столько этого самого пива выпил – море разливанное. «Опыт – сын ошибок трудных».

Допивали на следующий день. В первый день пили не очень много, а набрал я этой дряни несколько ящиков. Зачем? И сам не знаю. Русская привычка – в подвале должны стоять ящики с консервами, мешки с крупами и мукой, и само собой – пару ящиков водки или коньяка. Ну так… на всякий случай.