28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Они охватывали батальоны с двух сторон – шесть «Т 3». Открыла огонь наша немногочисленная артиллерия, сумела подбить два танка, но остальные уже приближались к линии обороны.

Одно из противотанковых ружей открыло огонь слишком рано. Сержант и его подчиненный успели выпустить несколько пуль. Их целью был танк «Т 3». Сержант рассчитал расстояние согласно таблице. Пуля должна была пробить броню немецкой машины.

Однако в таблицах нередко царила путаница. Некоторые таблицы и справочники уже устарели. В них указывалось, что лобовая броня самого массового германского танка «Т 3» не превышала тридцати миллиметров, в других она была и того меньше.

За триста и даже за двести метров пули ее не взяли, а танковое орудие со второго выстрела накрыло расчет. Сержант-бронебойщик был убит. Его помощника оглушило и отбросило в сторону. Молодой красноармеец кинулся на помощь товарищу, но сразу же отшатнулся.

Голова сержанта была разбита, оторвана одна рука, а противотанковое ружье исковеркано.

Бронебойщик был молод, ему недавно исполнилось восемнадцать. Потрясенный увиденным, он забыл чиркнуть теркой о спички, и бутылка разбилась о лобовую броню, залив ее темной липкой жидкостью, но не загорелась.

Если командир танка был намерен продолжить атаку, то более опытный механик включил заднюю скорость и проворно погнал машину задним ходом.

– Ты что делаешь? – кричал лейтенант. – Вперед!

Чтобы подбодрить себя и экипаж, он дал длинную очередь из пулемета. К механику присоединился наводчик:

– Не стреляйте, господин лейтенант. Мы подожжем себя собственными вспышками. Надо уходить и забросать этот «коктейль» снегом.

Наводчик дал свой дельный совет слишком поздно. Никита Швецов повернул ствол «максима» и нажал на спуск. По броне хлестнула очередь, брызнули огоньки бронебойно-зажигательных пуль, которые подожгли горючую смесь.

Младший лейтенант Орехов, мимо которого пятился немецкий танк, бросил еще одну бутылку. Теперь горела не только броня, но и одна из гусениц, растаскивая липкое пламя вдоль корпуса.

Ядовитый дым забивал смотровые щели, дым душил экипаж. Машина провалилась в воронку, засыпанную снегом, а командир открыл верхний люк и высунулся наружу.

Автоматная очередь ударила в верхнюю часть каски.