28 панфиловцев. «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!»

Бронебойно-зажигательная пуля с близкого расстояния сработала эффективно. Пробила решетку жалюзи и сравнительно тонкую броню позади башни. Двигатель задымил, затем показались языки пламени. Из пробитого бензонасоса брызгал и сразу загорался бензин, машинное масло.

Двое танкистов выскочили из люка. Одного догнали очереди ручного пулемета, другой успел отбежать и нырнул в воронку.

Командир танка, белокурый лейтенант, вылез из горящей машины последним. Он наглотался дыма и, шатаясь, брел, не видя дороги. Очередь из «дегтярева» догнала его и свалила неподалеку от танка.

Бронетранспортер дал задний ход, продолжал вести огонь из пулемета. Шепетков в горячке выстрелил три раза подряд. Пуля рикошетом прошла по бронированному капоту, выбив сноп искр.

Машина, как пришпоренная, увеличила ход. Отходили и немецкие пехотинцы, лишившись поддержки.

Внутри танка взорвались несколько снарядов, вышибло боковой люк и перекосило башню. Расчет «дегтярева» расстреливал вслед отходящим немцам последний диск.

На правом фланге у переезда атака застопорилась. Огромным костром горел танк. Однако на линии окопов обстановка складывалась сложная.

Два тяжелых «Т 4», шедшие впереди, с маху подмяли несколько окопов. Один, увеличив скорость, двинулся дальше, а второй крутился на глубоком окопе, где, по мнению командира танка, сидел уцелевший красноармеец.

Немцы опасались оставлять за спиной русских, можно было поймать бутылку с горючей смесью на жалюзи или противотанковую гранату.

Зрелище было жутковатое.

Можно было только представить, что стало с человеком в окопе. При этом оба танковых пулемета вели непрерывный огонь. Земля под машиной осела, комья окрасились в бурый цвет, отлетела в сторону оторванная кисть руки, клочья шинели.

Но танкисты слишком увлеклись убийством. Они не заметили, что в соседнем окопе зашевелился и высунулся красноармеец.

Тем более с октября сорок первого полк почти не выходил из боев, где люди прошли школу обороны и борьбы с немецкими танками.

Рядовой красноармеец Тимофеев прекрасно понимал, что сейчас танк пойдет на его окоп. Расстояние до крутившейся машины составляло метров семь.