Потом хочу жениться на Мелисенте, послать ко всем чертям Уоллеби, Диммока, Пейли и Тукса и писать акварельные пейзажи, в том мире или в этом – всё равно, а на досуге удить рыбу.
– И ты не жаждешь власти?
– Нет. Хочу только писать акварели и ловить форель.
– И богатства не жаждешь?
– А куда мне его девать?
– Да ты просто рождён, чтобы сидеть в темнице. Хи-хи-хи! Но почему ты хочешь жениться на принцессе Мелисенте? Разве мало у вас там девушек, хорошеньких, умненьких, честных, интересных, прелестных, самых что ни на есть расчудесных! Хи-хи-хи! Зачем же было забираться в такую даль, в самый Перадор?
– Минутку, – промычал Сэм с полным ртом.
– Прежде чем ответить, надо выпить. – Он взял чашу обеими руками. – Ф-фу! Этак я в два счёта захмелею. Я хочу жениться на Мелисенте, потому что, мне кажется, я нашёл в ней два поразительных достоинства, каких прежде не встречал ни в ком: она совсем особенная и удивительно милая. Улыбающаяся принцесса – вот о чём мечтает всякий мужчина.
Но один Бог знает, что Мелисента нашла во мне.
– Да, Бог это знает, – сказала Мелисента, спускаясь по лестнице. – И я тоже, Сэм, милый, но ни он, ни я никогда тебе не скажем.
– Она слышала каждое твоё слово, мой мальчик. Хи-хи-хи!
– Ах, бедняжка ты мой!.. Какие страшные цепи… и эта темница…
– Хи-хи-хи!
Мелисента в бешенстве повернулась к Марлаграму.
– Извольте сейчас же прекратить это дурацкое кудахтанье, освободите бедного Сэма от цепей и выведите его отсюда.
Надеюсь, вы это можете? Иначе я сейчас же побегу наверх за напильником.
– Бесполезно, – сказал Сэм. – Чтобы распилить цепи, понадобится пропасть времени.
– Ну? – Она бросила на волшебника вызывающий взгляд.
– Вообще-то могу, – сказал он. – Хотя цепи – штука довольно хитрая, а я давно не практиковался. Ну, ладно, тихо! – Он задумался. – Это должно подействовать. Эне бене рес, квинтер минтер жес! Готово.
И в самом деле цепи с лязгом упали на пол. Сэм был свободен, он обнял и поцеловал Мелисенту, потом пожал руку Марлаграму.
– Замечательно, магистр Марлаграм! – сказала Мелисента. – Нужно будет запомнить: эне бене рес, квинтер минтер жес!
– Я знаю это с детства,[5] – сказал Сэм, – но никогда не подозревал, что так можно освободиться от цепей.
– Понравился тебе ужин, милый?
– Да, любимая. Но что же дальше?
– Вот уж тут магистр Марлаграм доказал, что он очень, очень умный! – горячо воскликнула Мелисента.
