Император Пограничья 6

"Император Пограничья 6

Глава 1

— Прости, я перезвоню тебе позже, — прервал я наш с Василисой разговор, вкладывая магофон в карман.

Известие о начале строительства шахты для добычи Сумеречной стали было важным, но сейчас мне нужно было разобраться с последствиями только что закончившейся дуэли. Я перевёл взгляд на тело Елецкого, распростёртое на каменной кладке. Кровь из перерезанной артерии уже перестала течь, превратившись в тёмную лужу, впитывающуюся в щели между плитами.

В саду воцарилась мёртвая тишина. Ещё минуту назад звучавшие голоса смолкли, словно по команде невидимого дирижёра.

Дворяне застыли, как статуи, украшавшие это место, — никто не решался даже перешёптываться. События развивались слишком стремительно для размеренного княжеского бала, и теперь собравшиеся переваривали увиденное.

Я медленно осмотрелся. Несколько дам повернулись спиной к сцене убийства, их беспокойные руки теребили веера, словно пытаясь создать физический барьер между собой и произошедшим. Другие, напротив, смотрели на меня во все глаза, с выражением, которое трудно было разгадать.

Словно увидели хищника, который всё это время скрывался под маской цивилизованного человека.

Среди мужчин заметно обозначился водораздел — я легко читал их лица. Одни смотрели с плохо скрываемым ужасом, другие — с невольным уважением. Слишком многие из них знали, что такое бой, пусть даже в контролируемых условиях дуэли. Я заметил, как молодой аристократ, которого мне представляли в начале вечера, поспешно отступил, почтительно склонив голову, когда я сделал шаг вперёд.

Я мысленно усмехнулся. Если бы они знали, с кем я сражался в прошлой жизни и какие армии вёл в бой, то, возможно, не так сильно удивлялись бы моему дерзкому шагу. Впрочем, каждый бой начинается с первого удара, и сегодня он был нанесён.

Сквозь толпу ко мне направился сам князь Оболенский. Его лицо сохраняло непроницаемое выражение, хотя в глазах читалась сложная смесь эмоций — от раздражения до невольного признания.

— Боярин Платонов, дуэль признаётся законной и завершённой, — официально произнёс он достаточно громко, чтобы услышали все присутствующие.

Затем, понизив голос до шёпота, добавил:

— В моём кабинете. Через пятнадцать минут.

Прежде чем отойти, Матвей Филатович бросил ещё один взгляд на тело Елецкого и едва заметно кивнул ожидавшим в стороне слугам. Те немедленно приступили к удалению останков боярина.

Я ожидал, что после произошедшего многие будут избегать меня, как прокажённого.