До неё, по прямой, было около пятидесяти километров. Опять вставал вопрос создания принтера, делающего кабель соответствующей мощности. Так что этот проект в любом случае откладывался на будущее.
В конце концов, Яр рассчитывал полностью перевести электроснабжение посёлка и производственного комплекса на питание от речных генераторов.
Тратить в дальнейшем на работу пиролизной установки строевой лес Яр не планировал. В Сибири для этого есть масса другой органики. Запасы того же торфа в Западной Сибири, по данным Духа, превосходят запасы нефти и газа, вместе взятые.
Ещё одним открытием для Яра стало то, что торф бывает разный. Одни его виды накапливают в себе фосфаты, другие азотистые соединения. Плюс, в торфе находится куча других полезных для растений микроэлементов.
Разработка и переработка торфа станет реальной, когда появятся новые работники, которых предстояло ещё обучить. Все производства, включая бетонные, Яр решил вынести за пределы посёлка. Поближе к источникам сырья.
Теоретически можно вообще отказаться от добычи нефти и газа, но зачем? Можно сказать, дармовой источник сырья лежит под ногами.
Грех им не воспользоваться.
Из супербетона будут изготавливаться не только полые блоки для строительства стен и посуда. Дух подсказал идею по производству черепицы. Её поставлять предполагалось не одну, а сразу с напиленными брусками из дерева, на которые она должна ложиться. Сейчас в Сибири хорошая доска стоила дороже брёвна, из которого её выпиливали. Про бруски и говорить нечего.
Яр хотел снабжать стройматериалами не только окрестные, пока ещё деревни, но и города, вроде Томска. С его появлением в этом мире, там ожидалось бурное развитие и, соответственно, строительство.
Для супербетона, неожиданно для Яра, оказалось много сфер применения. Взять хотя бы производство труб для низконапорного водопровода и канализации. Или шпал для железной дороги, которую Яр рассчитывал построить, намного раньше, чем в известной ему истории. Так что разработка торфа была поставлена в планах на одно из первых мест.
Глава 23
— Вот и Москва! — Солом Симеонович указал на виднеющиеся вдали дома.
— А с виду, деревня деревней. — Заметил Фёдор Акимович. — Екатеринбург и то лучше со стороны выглядит.
— Это ты в центре не был. — Возразил довольным голосом его попутчик. — Москва — это Москва!
Майское солнышко пригревало. Небольшой отряд двигался верхом. Как только снег сошёл, и ехать на санях стало невозможно, было решено пересесть на лошадей.
