— Довольно улыбаясь, ответил Солом. — Если я сделаю её хорошо, то всем прибыток будет. Надеюсь, права Татьяна Кондратьевна. Через князя вся Сибирь богата будет! Я хоть и еврей по бабушке, но давно обрусел и Сибирь мой дом. Кому же не хочется, чтобы в его доме богато было? Купцу это особенно важно. Среди бедняков много не наторгуешь. Дети опять же, лучше они среди людей, живущих в достатке, пусть растут, чем среди бедноты отираются.
Семён Алексеевич поступил мудро, выбирая кого послать с товаром. Все поехавшие были людьми семейными и с детьми.
Давно жили в Нарыме. Купец верил выбору жены, но дополнительно надеялся на разумный подход и изначально подходящих людей для поездки отбирал. Один Фёдор Акимович не вписывался в это правило, но то был выбор самого князя.
— Русский, то ты русский, Солом, но еврейская кровь крепка в тебе. — Ухмыльнулся Фёдор. — Все разговоры на торговлю сводишь.
— Тем и живём! — Ещё шире разулыбался Солом.
* * *Переночевав на постоялом дворе вместе с Соломом Симеоновичем, рано утром Фёдор выехал в Санкт-Петербург в сопровождении двух охранников.
Дорога заняла четыре дня, с учётом того, что частенько удавалось поменять лошадей за мзду, не сказать, что малую, но Фёдор решил не скупиться. До цели его путешествия оставалось совсем немного.
— Вот вам парни за работу и охрану! — Фёдор стоял на пороге постоялого двора, что расположился на Невском проспекте недалеко от Адмиралтейства, и протягивал охранникам ассигнации.
— Ты уж нас уваж, Фёдор Акимович. — Охранники не спешили брать протянутые им деньги.
— Отсыпь лучше серебром. Оно как-то надёжнее в дороге.
— Дело ваше. — Фёдор отсчитал всю сумму серебром. Не скупясь, выдал один к одному, не обращая внимания на курс.
— Вот спасибо, Фёдор! Уважил! — Произнёс второй охранник на глаз определивший полученную сумму. — Обращайся в любое время! Всегда поможем с радостью!
— Бывайте, парни! Удачной дороги! — Попрощался с ними Фёдор и пошёл заселяться в номер.
То, что он заплатил охранникам, было сущей мелочью по сравнению с тратами за комнату.
Цены в центральной части города были очень высокими. А ведь предстояло ещё одежду сменить. На него и так косятся важные господа из-за потрёпанной одежды и неизменной котомки, которую Фёдор всегда держал при себе.
После того как он переоделся в новую форму, надежды на то, что вексель достанется ему полностью, начали таять. Цены на заграничные ткани, из которых форма была пошита, оказались очень высокими, и смена одежды обошлась ему в круглую сумму.
