Он скорчился, падая влево; резко выбросил вперед обе руки с кинжалами на случай, если треклятая баба подошла ближе.
Двуручный меч!
Шее стало тепло. Тепло струилось по груди, забиралось под рубашку из оленьей кожи. Аллея расплылась, в глазах потемнело. Дестер Ужасный присел, замолотив кинжалами. По виску ударили сапогом или латной перчаткой. Новые брызги на мостовой. Он уже не мог удержать оружие. Клинки звякнули по брусчатке.
Слепой и одуревший, он валялся на камнях. Стало холодно.
Разумом овладела странная леность.
Мысли растекались и уплывали, забирая с собой его самого.
***
Хватка встала над телом. Кончик меча влажно поблескивал, притягивая взор. Почему-то вспомнились маки после дождя. Она хмыкнула. Ублюдок был быстрым, почти избежал выпада. Удайся ему это - пришлось бы хорошенько потрудиться. И все же она выпотрошила бы негодяя. Если он не был приучен метать эти крошечные кинжальчики.
В толпе гадробийцев вам вряд ли угрожает что-то хуже карманника. Люди здесь необыкновенно милы. Но и выделить одного человека в толпе легко - если он не гадробиец.
Мертвец у ее ног - дарудж. Он мог с таким же успехом нацепить на голову фонарь. Парень возвышался над всеми.
И все же… она нахмурилась. “Ты не разбойник. Такие кинжалы…
Дыханье Худа!”
Она вложила меч в ножны и постаралась получше скрыть оружие под плащом (если увидит Стража, придется провести ночь в тюрьме и заплатить огромный штраф). Затем Хватка поудобнее перехватила пачку лепешек и двинулась дальше.
“Похоже, Дымку тоже ждет куча неприятностей”.
***
Зечан и Гиддин одновременно выскочили из ниш, воздели кинжалы.
Высокий завопил, едва оружие Гиддина вошло в плоть. Колени малазанина подогнулись, изо рта хлынула рвота; он упал, разливая вино.
Оружие Зечана прошило кожу и заскрежетало по ребрам. По кинжалу на легкое. Вытащив клинки, ассасин отступил, любуясь на падение рыжеволосого.
Меч вонзился в шею Зечана.
Он умер прежде, чем упал на мостовую.
Гиддин, склонившийся над первым малазанином, оглянулся.
Руки охватили его голову.
Одна зажала рот… и вдруг в легкие ассасина хлынула вода. Он тонул. Руки сильнее сжали рот, заткнули ноздри. Тьма наступала… он медленно поплыл…
Дергунчик фыркнул и вытащил меч из тела. Пнул ассасина в лицо, чтобы сильнее выразить негодование.
Напротив ухмылялся Синий Жемчуг: - Видел, каким фонтаном его вырвало? Если я не гений, то уж и не знаю, кого…"
"- Замолкни, - бросил Дергунчик. - Это не обычные любители выпить на дармовщинку, если еще не понял.
