- Отлично подобрала время, дорогая, - сказал он, окончив поклон. - Я тут думал, как лучше помочь твоей маменьке добраться до постели. Есть предложения?
Движение безупречно красивой головы. - Она спит снаружи почти всегда. Вот и этой ночью…
Голос был юным, однако же ни гнусавым, ни слишком высоким (как повелось в наши дни среди молодых девушек). Он совсем не помог вспомнить о великой разнице лет.
О, как он сожалеет о той ночи! Задним числом.
- Она и не думала, что вы примете приглашение, - продолжала Делиш, опуская взор (она сбросила одну из сандалий и теперь искала ее, шевеля нежными пальчиками).
- Хотя вы такой желанный гость. Я имею в виду - особенно ночью.
Слишком умно. Его вялое и почти сдувшееся эго мигом воспряло. - О дорогая, зачем ты здесь? Список твоих поклонников включает целый легион, я уверен. Среди них…
- Среди них ни одного, достойного назваться мужчиной.
Не разорвались ли сейчас тысячи пропитанных гормонами сердец от случайно брошенного ей слова? Не скрипят ли сейчас кровати, на коих мечутся пропитанные потом одинокие тела? Он почти верил во все это.
- В том числе и Прелик.
- Прости… кто?
- Пьяный бесполезный дурак, что спит сейчас в фойе. Хватался за меч целый вечер. Это было омерзительно.
“Омерзительно. Да, теперь понимаю”.
- Юноши склонны преувеличивать свой энтузиазм, - заметил Муриллио. - Не сомневаюсь, бедный Прелик предвкушал сию ночь неделями, если не месяцами. Естественно, поддался нервной ажитации, доведенный до предела страсти близостью твоего присутствия.
Пожалей бедных юношей, Делиш. Хотя бы этого они заслуживают.
- Жалость не по мне, Муриллио.
Не нужно было ей ТАК произносить его имя. Не нужно было ему слушать. Вообще. Ни слова.
- Делиш, сможет твой желудок вынести совет, особенно от такого, как я?
Она кивнула, хотя на лице было написано едва скрываемое нетерпение.
- Ищи себе тихих. Не тех, что хвастаются и выказывают наглость. Тихих, Делиш. Наблюдательных.
- Таких я не знаю.
- О, они есть. Совсем рядом, стоит лишь поглядеть внимательнее.
Она сбросила уже обе сандалии. Легкомысленно отмахнувшись рукой от его совета, каким-то образом оказалась еще ближе. Подняла взор, как будто застеснявшись, но не отводила глаз слишком долго для скромницы. - Не тихих. Не жалких. Не… детей! Не сегодня, Муриллио. Не под такой луной.
Он обнаружил себя в ее объятиях. Теплое тело, слишком рьяное и прикрытое всего лишь тонким как пленка шелком.
