8 дней, 9 ночей (СИ)

Тогда Настя встала, обошла меня сзади, и я вскоре услышала ее шепот над своим левым ухом:

– Еще не поздно отказаться и прекратить все это… Ведь потом тебе самой не захочется останавливаться.

Как любезно с ее стороны напомнить об этой возможности!.. Она будто маленький дьяволенок, сидящий на плече и нашептывающий соблазнительный выход из ситуации – проявить слабость, сжаться в маленький дрожащий комочек, которого не смогут не пожалеть и не приласкать… И в тоже время своим голосом она заманивает меня в логово темных страстей, из которого нет пути обратно… Но я слишком любопытна, чтобы остановиться на пороге!

Я помотала головой в знак отрицания, желая показать, что хочу продолжать и идти до конца… И тогда Настя отступила на шаг.

Я почувствовала это движение за спиной. А сразу после него стек со свистом рассек воздух и опустился за мою задницу… Сильно, резко, хлестко и очень больно!

Стиснув челюсти и зажмурившись еще сильнее, я застонала сквозь зубы, понимая, что это всего лишь начало.

И через пару секунд меня снова обожгло, казалось, еще сильнее прежнего!

Не знаю, как я сумела устоять, не сдвинувшись с места ни на сантиметр… Мои и без того уставшие, ноющие руки едва могли держать чертов поднос со всем, что на нем находилось! Правда с каждым новым ударом я все меньше уделяла внимания этой усталости, но от этого она никуда не делась, и я опасалась в какой-нибудь момент выронить все из рук.

Исхлестанная попка горела нестерпимой болью, из под моих век уже выступили первые слезы и побежали по щекам, но я не смела позволить себе закричать.

Хотя очень и очень хотелось… Лишь жалобные, тихие стоны вырывались из моей груди, и я не в силах была их подавить. А Настя все еще не считала нужным прекратить это!

Колени предательски дрожали, руки едва не отваливались, но я терпела из последних сил. Возбуждение отступило, да и все мысли куда-то исчезли, и я полностью растворилась в этой боли – резкой и безжалостной, но все же притягательной… Пусть это было каким-то безумием, но я хотела, чтобы Настя причинила мне эту боль! Ярчайший контраст жестокой экзекуции с ее заботой обо мне всегда сводил меня с ума!

Никто этого никогда не увидит, ни у кого не найдется повода назвать меня сумасшедшей… Да и не все ли равно? Одно лишь меня волнует сейчас – я должна выдержать!

Звенящая тишина охватила меня внезапно, когда я вдруг не почувствовала нового удара.

Я несмело подняла веки наполовину.