Закрытая вечеринка (СИ)

Мирная жизнь Вика внезапно прерывается появлением необъяснимого существа, которого не видит более никто. Родня и друзья обеспокоены и намекают на врачей, но Вик-то знает, что все, виденное им - настоящее! Правда, только столкнувшись с неведомым вплотную, он понимает, что лучше бы, все же, оказался сумасшедшим...

========== Часть 1 ==========

Люди не хотят видеть настоящую магию.

Она заставляет их задумываться о том,

что в мире многое совсем не так, как они

представляют. И от этого им становится

неуютно. Им нужна уверенность, что все

это делается при помощи зеркал.

Я-то знаю.

Мне пришлось уйти из цирка, потому что мне

не хватило ума мошенничать – я мог

применять только настоящую магию.

Вик любил какао. Он готов был хлестать его из горла, как лихие парни в кино хлещут спиртное, отчекрыжив предварительно перочинным складным ножом обманчиво-податливый уголок тетрапака. В его рюкзаке всегда была парочка таких – паков, не ножей. Нож был один и обретался в кармане - дедушка подарил его на тринадцатилетие: настоящий швейцарский нож, и Вик очень им дорожил.

Такой приятно-тяжелый в руке, такой настоящий, с праздничной красной ручкой, ложащейся в ладонь так, словно она всегда была тут. Сначала блестящей игрушке завидовали приятели, и это конечно было приятно, но позже желание выпендриваться поистерлось, а нож проявил себя как весьма полезная штука…

Однако в данный момент, когда Вик сидел на барном стуле перед кухонной тумбой и цедил с раздражающим мать сёрбаньем уже третий стакан, вытягивая последние капли при помощи полосатой бело-красной трубочки-соломинки, какао совсем его не радовало.

Семья давно выучила: хочешь заткнуть Вика ненадолго – налей ему какао. И они налили. И доливали, наверное, исключительно автоматически, все то время, пока беседовали с хмурым дядькой в погонах.

Дядька, немолодой уже, весь словно высеченный рубящими ударами топора, угловатый, на все смотрел с подозрением. И слушал с подозрением. И в блокнот заносил данные с таким видом, как будто все ждал, что ему признаются в ложной даче показаний.

Но родители Вика все не признавались, и это было для дядьки всего подозрительнее.

-Стало быть, пяти метров ростом?- уточнил он. Вик вздохнул.

-Не ростом, а длиной. Пять метров, или шестнадцать футов и четыре дюйма, - пожал он плечами.- Система мер не так важна.

Вик снова вздохнул. Он знал, что следов не осталось. Он сам видел то место, и трава на нем даже не была примята, что уж говорить о следах не земле.