8 дней, 9 ночей (СИ)

…Пелена опустилась на мои глаза, и я, так и не успевшая ничего разглядеть, вновь провалилась в пустоту и прекратила свое существование.

…Кажется, сознание включилось, но работало оно очень медленно. Я очень плохо осознавала, что со мной произошло и где я могла сейчас находиться. С чувствительностью были проблемы. Я не ощущала полноценно ни рук, ни ног… Хотя нет, похоже, я могла пошевелить пальцами… Да, это правая рука, и пальцы нащупывали какую-то ткань.

Рядом со мной послышался спокойный мужской голос:

- Теперь можете идти, спасибо.

В случае осложнений я вызову вас.

Раздались чьи-то шаги, а затем и звук закрывшейся двери. Я медленно открыла глаза и увидела перед собой голубовато-серую стену, повыше – белоснежный потолок. Чуть в стороне на той же стене какая-то дверь с непрозрачным стеклом, шкафчик и еще какая-то мебель… Слева на меня падал дневной свет. Вероятно, там находится окно, но мне не хочется поворачиваться туда, чтобы удостовериться.

Вместо этого я с трудом повернула голову направо.

Там, вдалеке, на другой стене, еще одна дверь, за которой, по-видимому, затихли недавние шаги. Выход из помещения, как я поняла… Повернув голову еще немного, я сфокусировала взгляд на человеке в белом халате, сидящем у изголовья моей постели. Недлинные русые волосы, точеный профиль, твердый, внимательный взгляд серых глаз. На вид лет тридцать. Он просматривал какие-то бумаги у себя на коленях.

Ясно, это врач какой-нибудь… А я в больнице… Как я здесь оказалась? Почему почти ничего не чувствую?! И почему мне так на это наплевать? Откуда такая апатия?.

.

Сознание просыпалось, появлялись вопросы… И воспоминания. Я вспомнила трассу, вспомнила, как потеряла управление, а потом вынос на обочину! А до этого… Но мои мысли внезапно прервались.

- Как вы себя чувствуете? – врач смотрел на меня, оторвавшись от документов.

Я попробовала что-нибудь ответить, но сначала издала лишь какой-то невразумительный хрип. Со второй или третьей попытки я, наконец, услышала свой слабый голос:

- Никак… Я почти ничего не чувствую…

- Это пройдет, – успокоил он меня.

– Вы после глубокого наркоза. Нам пришлось ввести вас в медикаментозную кому. Вы перенесли несколько операций. Сейчас ваша жизнь вне опасности.

Соображая очень медленно, я выдавила из себя новую фразу:

- Сколько я уже здесь?..

- Восемь дней, – произносит он и спрашивает. – Вы – Касаткина Ксения Дмитриевна, верно?

«Восемь дней! Ничего себе…»

- Можете назвать дату своего рождения?

Я поморщилась.