Я присоединилась к нему… Сидели и улыбались, как два влюбленных дурака, и время от времени переглядывались.
— Я заберу тебя после работы, и сразу поедем.
— А куда? Ну куда, скажи?!
Но Шведов, естественно, так и не раскололся. И каково же было мое удивление, когда он привез меня к нашему дому. Я едва не застонала, вот честно. Все же у мужиков мозги варят как-то иначе. Нет, это, конечно, все круто — свой дом, родовое гнездо, бла-бла… Но! Он же был недостроен, боги! Внутри конь еще не валялся. Пару недель назад мы приезжали посмотреть — так там только с проводкой закончили.
И никакого отопления, никакой горячей воды… Не так я представляла свой идеальный праздник, но что уж.
— Надеюсь, ты хотя бы купил елку, — пробормотала я, ежась на пронизывающем ветру.
— Зачем покупать? Повторяй за мной: раз, два, три, елочка, гори.
Мы осторожно прошли через заваленный стройматериалами двор. Шведов нащупал толстенный кабель и, кряхтя, как старый дед, что-то там подключил.
— Ну?!
— Раз, два, три, елочка, гори! — усмехнулась я, решив, что рядом с ним я готова встречать Новый год хоть в чистом поле.
— Блядь! С фазами тут, что ли, напутали. Давай еще…
Ладно, отопление, ладно, вода. Но свет! Вечер переставал быть томным.
— Раз, два, три, елочка, гори!
— Ага… Ну вроде понятно. Давай еще. Заклинание надо произнести три раза.
— Разве? — хрюкнула я.
— Ты что, не смотрела «Ну, погоди!»?
— Ра-а-аз, два-а-а, три, елочка, гори!
Нет, она все-таки загорелась, но… Боже, весь сыр-бор из-за единственной гирлянды, тоскливо свисающей с макушки сосны? От Шведова, признаться, я ожидала большего размаха.
Тут же…
— Ну?! Красота?
Как это было выдержать? Да никак, я захохотала как ненормальная, отчего заболели застывшие на лютом морозе щеки.
— Огонь, Сём. Ты знаешь, как произвести впечатление на женщину! — между приступами хохота заметила я. Шведов зарычал, взвалил меня на плечо и попер к входу. Я заливалась смехом, гремел замок, а где-то вдалеке кто-то фальстартом запускал фейерверки.
В доме было теплей хотя бы потому, что стены защищали нас от пронизывающего ветра. Семен прошел через освещенный свисающей с потолка лампочкой коридор к двери в кухню.
— Не рано ли вы дверь поставили? — удивилась я.
— Потом опять снимут. Она же в пакете.
Прежде чем дать пройти дальше, Шведов прикрыл мне глаза.
— Тут тепло! — восхитилась я. — Боже…
— Ага, я теплый пол включил. И пару пушек.
