У него сеть супермаркетов, знаешь, наверное. Я в один из них выпечку свою поставлял. Так он хочет, чтобы я тут на него работал. В его центральном магазине, представляешь, там пекарня есть и кафе свое? И денег у него не как у нас на хлебокомбинате. Если оклемаюсь, сюда перееду, в город. И детей заберу. Ей не оставлю. Да она сама только рада будет.
Жаров, значит? Отец Лехи? Я как-то совсем про него забыла за эти недели, не до него совсем. Надо будет позвонить, узнать, как там у него дела. И с чего его папа моего вздумал на работу приглашать?
— Слышала, пап.
Но ведь у мелких школа, сейчас Милина мать помогает, а потом кто? Опять няни, а жить на что будете?
Папу выписывают через неделю. Вроде все обошлось. Пока. Но ишемия — бомба замедленного действия, рано или поздно все равно рванет. И я всегда буду помнить об этом.
Мила так и не объявилась, и не звонила. Зато я позвонила. Матвею. Он явно ждал звонка, подготовился, сволочь.
— Малыш, это все несерьезно. Я не хочу, чтобы ты…
— Трахать жену моего отца — несерьезно? Ребенка ей сделать — тоже несерьезно? Папа из-за этой суки в больнице! Слушай меня, мудак! Держи ее на привязи и чтоб рядом не появлялась! Она ни копейки не получит и в доме нашем больше не появится.
Или никакого проекта с Ледневым у тебя не будет. Понял?
— Маш…
— Пусть только даст повод… Ты меня еще не знаешь, Матвей!
Даже не заметила тогда, как Даня подошел и забрал у меня из руки телефон.
— Я не хочу, чтобы ты с ним общалась, Маша. Не лезь, они сами разберутся.
— Какое разберутся?! Это моя семья! А он ее разрушил…
— Не он ее разрушил. Ты и так много всего для папы своего сделала. А с Савельевым я поговорю.
— Ты?! Да что ты ему скажешь? Ты же… Ты-то тут при чем?
— Ты моя девушка, я при чем.
Я бы еще поспорила, не с тем, конечно, что я его девушка, но пришли грузчики, вещи перевозить. С лета никак не могу определиться, где же я все-таки живу: то у папы, то у себя, то у Айса с Варей, то у Рыжего… А теперь вот с Рыжим.
Эти дни, наверное, самые сумасшедшие из всех предыдущих сумасшедших. Я уже забыла, что такое нормальная жизнь. К мелким съездили тоже вместе, одну Даня меня не отпустил. Он теперь вообще почти всегда рядом. Но пока это не напрягает, я даже рада. Он вообще какой-то очень домашний. Вроде и беспомощный, говорил, что руками делать особо ничего не умеет, но нашу съемную квартиру сам обставлял. Пока я шмотки разбирала, телек настраивал, ноуты его и мой.
