А мы с тобой не чужие (СИ)

Такое чувство, что я снова там, в той больничной палате, где погибла моя дочь. — Только вернемся сюда, хорошо?

— Даша, заканчивай этот цирк. — Сергей предупредительно смотрит на меня. Кладет руки на плечи Данила, определяя границы. — Поиграли, и хватит. Мы возвращаемся домой. Ты, я и Даня. Мы семья, Даша.

— Какая вы семья? — внезапно на передний план выходит мой папа. До этого он сохранял молчание. — Ты дочь мою опозорил, ребенка на стороне сделал! В твоем офисе Дашу заживо похоронили, а ты и не заметил! Ворошишь ее раны, вскрываешь их снова и снова! Какая после этого может быть семья?!

— Мой офис и мой ребенок не имеют никакого отношения к делу! — злится мой муж.

— Не имеют?! А почему тогда Даня говорит такое про сестру?

Я отступаю на шаг от Сергея и Данила. Смахиваю слезы с щек. Молчу. Мне больно. Очень.

— Дань, ты должен знать, что мы с папой разводимся. Он меня предал, и я не смогу с этим жить, — произношу твердо. — И та девочка, что тебе навязали в Сочи — не наша Ангелина. Это другая девочка.

"— Да что с тобой, Даша?! — Сергей делает шаг вперед, расстояние между нами сокращается. — Достало уже это твое упорство! Развод тебе никто не даст, неужели ты это не усвоила? Все, поехали домой!

Хватает меня за руку.

— Прекрати! Отпусти! Пусти меня… — я захлебываюсь от слез. — Все кончено, Сереж. Нас больше нет, смирись!

— Мама! Мамочка, поехали домой! — Даня виснет на мне и тоже начинает плакать.

— Отпусти ее! — вклинивается между нами Новиков.

— Ты че, щенок? Угрожать мне будешь? — Сережа изумленно смотрит на соперника. — Да у тебя никакого права нет на эту женщину! Она и ребенок мои!

— То, что ребенок твой, не дает тебе права распускать руки, — летит колючий ответ.

— То есть, это нормально? — Сергей поворачивается к моим родителям, которые успели вскочить из-за стола. — При живом муже звать в гости любовника дочери?

Глава 47

Мой папа выходит вперед.

— Нормально, если муж оказался подонком. Запомни, Сергей — Даша с тобой никуда не поедет! Не сейчас, ни потом. И дешевые трюки, которые ты проворачиваешь с ребенком, не помогут вернуть мою дочь. А тебя, Даша, если сейчас с ним пойдешь, я не прощу!

Воцаряется молчание.

Я стою между Андреем, папой и Сергеем, и прижимаю к себе Данила. По щекам текут слезы. Мой маленький, избалованный папой и изнеженный мамой мальчик! Мой единственный ребенок.