А потом я проснусь

В голову непрошено стучится вопрос: а она уже с ним спала? С Сойкой? Можно даже перефразировать, чтобы думалось побольнее: как давно она не девственница? Едва ли Артем целый месяц, как первоклассник, за ручку с ней ходит и вечерами целомудренно смотрит кино под пледом. Таких великовозрастных идиотов на свете немного. Один на моем месте с пивом сидит.

— Как с Артемом? — спрашиваю я, залпом осушая бутылку. Тем самым даю понять, что не планирую трепетно обходить эту тему и щадить мои чувства ей не нужно. Переживу. Вернее, пережил уже.

— Все нормально, — тихо отвечает она, потупив взгляд. — Он очень заботливый. На днях мне медведя плюшевого подарил.

Эти слова отдаются в груди противным скрежетом. Пережил, но видимо не до конца. Следом включается защитная реакция: плюшевый медведь? Серьезно? Неужели идеи пооригинальнее не нашлось?

— Ясно, — говорю я и нагло вру: — Рад за вас.

Она кивает.

— Спасибо. — И добавляет лишнее: — Я по тебе очень скучала. Хотела написать сообщение, но все время стирала. И ты мне снился очень часто.

Почти что каждую ночь.

Это какое-то испытание? Проверить, как быстро спадет эффект Бали и насколько сильно я размякну? Ну ладно, скучала, но к чему приплетать сюда сны? Если бы не они, мы бы здесь не сидели, и я бы не мучился рефлексией.

— Надеюсь, в твоих снах я был прилично одет, — шучу я больше от безысходности.

— Ты много со мной разговаривал. Я, когда просыпалась, потом долго не могла отойти. Все было как наяву.

«Не спрашивай ее больше, — зудит внутренний голос.

— Не увязай в этом снова. Ни к чему».

— И что же я говорил?

Упрямый придурок."

"— Разное. Несколько раз называл меня дурочкой, но ласково. — Она слабо улыбается. — А еще как-то раз сказал, что долго меня искал и готов обнять.

Звенящий голос из снов эхом отдается в ушах: «Хочу, чтобы ты меня обнял. А ты этого хочешь?»

С шумом выпустив воздух, я ошарашено смотрю перед собой. Ну что за пиздец.

30

Не знаю, как так вышло, но после этой встречи в баре, я понял, что мне могу на нее по-настоящему злиться.

Раздражаться при упоминании подарков от Сойки, чувствовать нытье в груди, когда она на меня смотрит, и мучиться немым вопросом «Какого хрена ты наделала?» могу, а злиться никак. У меня нет этому логичного объяснения. Ну, кроме того, что я половая тряпка, готовая всех простить и оправдать. Она выглядела такой маленькой и такой растерянной, что я просто не справился. Запихнул ей в руку те сотки, которыми она собиралась расплатиться за чай, и отвез домой.